Баку, 4 декабря, АЗЕРТАДЖ 

На пресс-конференции в Сахире Себастьян Феттель комментировал предстоящий дебют в Формуле 1 Мика Шумахера, временный переход Джорджа Расселла в Mercedes на место Льюиса Хэмилтона и завершение своего сотрудничества с Ferrari, передает АЗЕРТАДЖ.

-Что вы думаете о переходе Джорджа Расселла в Mercedes в этот уик-энд?

Я рад за него, но жаль, что в этот уик-энд не будет Льюиса. Думаю, по многим причинам по нему будут скучать. Однако приоритет номер один - его здоровье и здоровье окружающих его людей. Учитывая ситуацию, это потрясающие новости для Джорджа, ведь он сядет за руль конкурентоспособной машины. Уверен, он с нетерпением этого ждет.

-Во время прошлой гонки в Бахрейне во время радиопереговоров с командой вы были очень недовольны действиями напарника. Вам удалось прояснить ситуацию?

На самом деле там нечего прояснять, поскольку это была одна из тех ситуаций, когда все удачно сложилось для одного гонщика, но не могло удачно сложиться для обоих. Я принял меры, чтобы для нас обоих гонка не закончилась в первом повороте, но потерял из-за этого много позиций. Мы поговорили после финиша, думаю, Шарль понимает, что я имел в виду. К этому больше нечего добавить.

-Ferrari проводит сложный сезон, но есть ли область, в которой вы могли сработать лучше?

Я провел тяжелый год, в котором много всего произошло и обстоятельства отличались от привычных. Не думаю, что можно выделить какую-то одну область, скорее нужно говорить о картине в целом. Возможно, можно было адаптироваться к определённым вещам, но сейчас я всем доволен и с нетерпением жду следующие две гонки и, конечно, следующий сезон.

-Мы знаем, что вы были болельщиком Михаэля Шумахера. Каково вам будет гоняться вместе с его сыном в следующем году? Вы готовы дать несколько советов дебютанту?

В первую очередь хочу отметить, что я по-прежнему остаюсь болельщиком Михаэля. И да, я буду рад помочь, чем смогу. Мик - отличный парень, и у меня особая связь с его отцом. Жаль, что Михаэль не видел прогресс Мика в последние годы и его переход в Формулу 1. Мик мне очень нравится. Мы отлично ладим, и я готов рассказать ему все, что знаю.

-В прошлом году Мик говорил, что вы для него играете такую же роль, которую для вас играл его отец в прошлом. Мик для вас друг, сын или кто-то другой? Что вы ждете от него в следующем году?

Я польщен его оценкой. Его отец выиграл больше гонок, чем я. Как я сказал, я рад помочь. Я вижу в Мике личность. Если я смогу помочь ему найти правильный путь в жизни или помочь на трассе, рассказав о вещах, через которые сам прошел за годы карьеры, то буду только рад.

Однако важно, чтобы он нашел свой собственный путь, но, конечно, мне помогали советы Михаэля, и я готов помогать Мику.

-Себастьян, со стороны кажется, что на прошлой неделе к вам вернулась скорость. Подиум в Стамбуле как-то помог в этом?

Нет, я считаю, что и до этапа в Стамбуле мы демонстрировали тенденцию к росту результатов, но по тем или иным причинам у нас не получалось. Я уже говорил, что чувствую себя лучше, чем в начале или в середине сезона, и именно поэтому жду следующие две гонки, чтобы принести людям, которые со мной работали последние годы, хороший результат - механикам, парням в боксах, инженерам, всем тем, кто работает не только на трассе, но и на базе. Надеюсь, в оставшихся двух гонках мы сможем добиться даже больше того, на что способны.

Однако это будет сложно сделать, поскольку эта трасса, вероятно, не подходит нашей машине. Тем не менее, мы видим, как много очков можем заработать, и я надеюсь принести команде максимум.

-На прошлой неделе у вас были вопросы к повторам аварии Романа Грожана в телетрансляции. Вы получили ответы?

Думаю, мы должны с уважением относиться к тому факту, что впереди очень тщательное расследование инцидента. Потребуется время, чтобы получить ответы, поэтому нет смысла торопить события и высказывать разочарование. Однако я считаю, что прошлое воскресенье показало, что мы находимся по разные стороны стола.

Мы, гонщики, пилотируем машины, несем риски, ограничения и так далее. Все остальные, кто смотрит гонки по телевизору, включая вас, иногда начинают критиковать, что гонки недостаточно опасные и поэтому недостаточно захватывающие. Однако риски всегда были и будут, но можно только приветствовать их сокращение.

Приятно видеть, что к этому постоянно прилагаются усилия, такие инциденты рассматриваются очень серьезно - и делаются выводы. Надеюсь, произошедшее стало напоминанием того, что мы не просто какие-то субъекты, сидящие в машине. Мы - люди, которые рискуют жизнями. Мы с радостью делаем эту работу, потому что увлечены ей, но риски есть всегда, и я хочу, чтобы к ним относились с большим уважением.

Показывать раз за разом повтор аварии - вероятно, не то, что стоит делать. Конечно, все видели, что с Романом все в порядке, но это не меняет того факта, что это смотрят дети и так далее. В целом, на это было неприятно смотреть, особенно если представить, что в машине находится человек, который пытается из нее выбраться.

-Спустя неделю после такой аварии гонка пройдет на новой скоростной конфигурации. Вы бы предпочли провести гонку на стандартной трассе?

Не думаю, что это на что-то влияет и есть какая-то связь с аварией Романа в прошлый уик-энд. Здорово, что тогда сразу появились красные флаги и немедленно были предприняты меры.

На этой неделе на трассе были предприняты дополнительные меры предосторожности, которые только можно сделать за такое короткое время. Однако гонки здесь не требуют от нас чего-то сверхъестественного только из-за другой конфигурации трассы.

-Вы думали о том, какое наследие оставите в Ferrari, и каким вас запомнят?

Это не мой подход к работе, и я особо не переживаю по поводу того, что обо мне подумают. Я не хочу показаться высокомерным, говоря, что мне все равно, каким меня запомнят, но люди, которые меня знают, будут помнить как хорошее, так и плохое.

Я ни о чем не жалею, для меня честь выступать за эту команду и работать с людьми, у которых столь велика страсть к бренду и работе. Я многому научился, поэтому ухожу из Ferrari, став лучше. Результаты - это только один из критериев оценки. Я буду скучать по людям, но хорошо, что я не перестану с ними общаться - они будут окружать меня, и я смогу к ним прийти, если захочу.

Для меня люди на первом месте, и поэтому мне не важно, каким меня запомнят. Ключевые люди останутся у меня в голове или, если хотите, в моем сердце, и они это знают. Поэтому я не думаю, что должен что-то утверждать или доказывать.