Баку, 18 января, АЗЕРТАДЖ

Президент Международной федерации хоккея (IIHF) Рене Фазель в интервью ТАСС рассказал о том, когда организация примет решение по месту проведения запланированного в Минске и Риге с 21 мая по 6 июня чемпионата мира, ситуация вокруг которого является тяжелой для IIHF как в финансовом, так и в политическом плане. Как сообщает АЗЕРТАДЖ со ссылкой на ТАСС, также он отметил, что мировое первенство в этом году обязательно состоится.

— Ранее вы говорили, что решение по месту проведения чемпионата мира может появиться на следующей неделе. Это действительно так?

— Да, совет IIHF будет 18 января. Мы можем принять окончательное решение в этот день, может быть нам потребуется чуть больше времени.

— Была информация, что изначально совет должен был собраться 25−26 января.

— Да, мы планировали провести совет 25 января. Но, исходя из нынешней ситуации, мы уже решили провести совет в понедельник в видеоформате.

— Стоит ли ожидать, что финальное решение будет принято именно в понедельник?

— Может быть (Фазель сказал это по-русски — прим. ТАСС), если мы в понедельник сможем учесть все нюансы, то мы примем решение в понедельник. Может быть оно будет в среду, но я уверен, что до конца следующей недели решение такое будет.

— Можно ли говорить о том, что на нынешнюю ситуацию серьезно повлияли заявления двух основных спонсоров IIHF (компаний Nivea и Skoda — прим. ТАСС), которые сообщили, что не будут спонсировать чемпионат мира, если он все же пройдет в Минске?

— Нет. Мы решили провести видеоконференцию в понедельник еще до их заявлений, решение о совете было принято не по причине заявления спонсоров. Но я думаю, что это еще один важный фактор, по причине которого совет состоится.

— Но заявления спонсоров могут ведь оказать влияние на конечное решение IIHF.

— Да, и не только они. Как я уже говорил раньше, мы оказались под большим политическим давлением. Мы знали, что перед нашим визитом в Минск, за неделю до этого, белорусский спортивный фонд (Фонд спортивной солидарности Белоруссии — прим. ТАСС) написал письма спонсорам IIHF, призывая их не поддерживать турнир и бойкотировать его. Поэтому у нас есть серьезные проблемы как со спонсорами, так и с политической стороны.

— Политическая ситуация, финансовые риски и, в конце концов, коронавирус могут ли послужить причиной отмены турнира?

— Нет, я этого не допускаю. У нас есть именно такое сильное решение провести чемпионат. Если нам нужно будет поменять место его проведения, то у нас есть предложения из Латвии и Дании, а также мы в стадии обсуждения проведения турнира с Братиславой.

— То есть только с этими тремя странами?

— На данный момент, да.

— Ваша родная Швейцария может помочь в проведении турнира?

— Там слишком дорого. Отели и все прочее стоят так дорого, что вы не можете себе этого представить. Бюджет чемпионата мира в прошлом году (турнир не состоялся из-за коронавируса — прим. ТАСС) составил 37 млн евро. В Братиславе он был 18 млн, в Швейцарии это стоит в два раза дороже.

Но вы правы — ситуация с коронавирусом сказывается. Однако мы надеемся, что в мае мы сможем провести чемпионат мира, даже если мы вынуждены будем играть без зрителей. Мы хотим играть, мы будем разговаривать по этому поводу с оргкомитетом. Потому что два года без чемпионата мира — это нехорошо

— Вы уверены, что Латвия сможет одна провести чемпионат мира с учетом того, что у нее только одна арена высокого уровня? Генеральный секретарь латвийской федерации рассказал, что в стране хотят построить еще один стадион за короткие сроки.

— Да, это так, это будет временный дворец. Мы рассмотрим все варианты: и с Латвией, и со Словакией, и с Данией, а потом примем решение. Но до того, как мы примем решение по Белоруссии, мы должны высказать большие слова благодарности белорусскому народу.

— Вы согласны с утверждением, что в случае отмены турнира в Минске IIHF попадет в непростую финансовую ситуацию?

— Если нам придется играть без зрителей, то надо будет поделиться доходами с организаторами. Нам предстоит найти лучший из возможных компромиссов с ними и учесть интересы обеих сторон.

— Насколько другой выглядит нынешняя ситуация с проведением чемпионата мира в Белоруссии по сравнению с 2014 годом, когда весь турнир проходил в Минске?

— Ситуация очень сильно изменилась после выборов в Белоруссии, когда [Александр] Лукашенко (президент Белоруссии — прим. ТАСС) был переизбран президентом. Все началось с демонстраций, с этого начались проблемы. Я надеялся, что ситуация успокоится, нам пришлось организовать диалог между всеми заинтересованными сторонами. Я видел Лукашенко и встречался с ним. Я понял, что реакция восточноевропейских, западных СМИ и политическое давление очень серьезное, особенно в Финляндии, Швеции, Дании и Германии. Я скажу, что тут больше дело в политическом давлении, чем ситуация со спонсорами. Это плохая ситуация, но я думаю, что нам очень трудно пойти против нее. Нужно проанализировать ситуацию и принять решение.

— Были ли вы готовы к такой реакции европейских СМИ на ваше фото с Лукашенко?

— Я знаю Александра Лукашенко более 20 лет. Я играл с ним в хоккей и судил матчи с его участием. Я думаю, что все было нормально, но люди подумали, что я занимаю позицию Белоруссии и Лукашенко, а это политика. Мы знаем о ситуации в Белоруссии, это очень печально, когда политика является частью спорта. Меня очень расстраивает и печалит, что так произошло. У нас будут разговоры с организаторами, белорусской федерацией хоккея, спонсорами, советом IIHF, нашим маркетинговым партнером. У нас контракт на проведение соревнований, не так все просто. Мне очень жаль, что люди не понимают, что спорт должен быть вне политики. Но таковы реалии, мир меняется.

— IIHF находится сейчас между двух огней: с одной стороны, политическое давление, а с другой — вероятность больших финансовых потерь в связи с переносом турнира из Минска. Как вы это ощущаете сами?

— Согласен, политическое и финансовое давления ощущаются. Я думаю, что провести турнир в Минске будет очень сложно.

— Возможно ли в этой связи подумать о том, чтобы, например, проводить чемпионат мира раз в два года?

— Нет, на формат эта ситуация никак не влияет — турниры будут проходить каждый год. Я уверен, что мы еще организуем чемпионат мира в Белоруссии, когда ситуация будет более спокойной. Когда ситуация нормализуется, IIHF сделает все возможное, чтобы провести чемпионат мира в Минске как можно быстрее.

— Одним из первых вопрос по проведению турнира в Минске поднял вице-президент IIHF финн Калерво Куммола. Есть ли между вами какая-либо конфронтация, как нынешняя ситуация повлияла на общение с ним?

— Мы два хоккейных человека. Мы понимаем — Куммола тоже находится под политическим давлением. Эта ситуация похожа на хоккейную команду. Когда у вас есть команда, не все партнеры играют так, как ты хочешь, и это часть игры. Как швейцарец, я стараюсь найти компромисс и объединять людей, но мы имеем, что имеем. Мы встретились с Лукашенко и это вызвало множество проблем. Люди и СМИ говорили, что Рене друг Лукашенко и он согласен со всем, что он делает. Но они не знают, где правда в этом вопросе.

— Все-таки хочется понять, какие у вас с Куммолой отношения сейчас?

— В последнее время они всегда очень напряженные. Но это как в политике, где у тебя всегда есть оппозиция.

— В IIHF есть ли люди, которые думают и говорят также, как он?

— Да. Но у нас хорошая дискуссия. Калерво постоянно ворчит, он самый ворчливый в нашей компании. Кстати, иногда это хорошо. Он делает свою работу, а я свою.

— Хотелось еще спросить, каково все же будущее в совете IIHF Владислава Третьяка, которому, по идее, санкции Спортивного арбитражного суда должны помешать входить в руководство федерации как представителю российского парламента?

— Вы правы в этом утверждении. Но этот вопрос мы будем решать на совете, только не на ближайшем, а в следующем месяце.

— Как вы полагаете, каким может быть решение совета IIHF?

— Я не знаю, может ли Третьяк остаться в совете, так как это нужно обсудить с нашими юристами. Я считаю, что это невероятно, когда такой уважаемый человек, трехкратный олимпийский чемпион, легенда мирового хоккея и человек, который столько сделал для игры, должен покинуть совет IIHF. Это очень сложно понять, но есть правила, и мы должны их обдумать и принять решение.

— Могли бы вы себе представить такое окончание вашего президентства в IIHF в связи с ситуацией вокруг того же чемпионата мира? И может ли такая ситуация заставить вас пойти на выборы президента IIHF еще раз?

— Нет, она не заставит. У нас будет конгресс в Санкт-Петербурге в сентябре и будут новые выборы. Думаю, что к сентябрю все успокоится. Это точно мой последний год на посту президента IIHF. Это конец. Но я в хорошем настроении, я продолжаю работать и полностью отдаваться делу. Сейчас ситуация сравнима с тем, что вы плаваете в море, и пошел шторм. И я должен найти способ, как выбраться из этой ситуации.

— Каким вы тогда видите своего преемника?

— На данный момент у меня нет ответа. Пожалуйста, задайте мне этот вопрос, когда все это закончится.