Баку, 19 июня (АЗЕРТАДЖ). Книга под таким названием вышла недавно в свет в одном из бакинских издательств. Это второе издание воспоминаний и размышлений доктора исторических наук, профессора Айдына Гаджиева об отце - Назиме Мамедия оглу Гаджиеве, которого знавшие его помнят как талантливого руководителя, яркую личность.

Назим Гаджиев ушел из жизни в 1962 году, когда ему было всего 38 лет. Ушел, успев однако сделать немало полезного для своего народа, для родного Азербайджана. Наверное, правы те, кто утверждает, что он чуть ли не в буквальном смысле слова положил свою жизнь на алтарь Отечества...

Дело в том, что два с лишним года работы Назима Гаджиева в 1960-1962 годах на посту секретаря по идеологии ЦК КП Азербайджана совпали с новым всплеском территориальных притязаний армян к нашему народу. Попытки перекраивания границ и отторжения исконно азербайджанских земель в целях присоединения их к Армении предпринимались нашими горе-соседями неоднократно. И нередко увенчивались успехом для них. Но произошедшее в 1960 году превосходило по своей наглости, беспардонности и цинизму все прежние попытки.

В нынешнем дополненном издании книги Айдына Гаджиева приводится вопиющий факт. В трепетно хранимом семьей домашнем архиве отца автор воспоминаний спустя много лет обнаружил документ, датированный 1960-м годом, которым оказалось Обращение к руководству Азербайджана, опубликованное в армянской газете, издававшейся в Америке, с полным патетики призывом передать Армении, как «величайший подарок» к 40-летию установления там советской власти, ни мало, ни много…Нахчыван и Нагорный Карабах. На сопровождавшем Обращение письме из ЦК КПСС никаких указаний и рекомендаций не было - поступайте, мол, как знаете…

Нетрудно представить себе реакцию азербайджанского руководства. И, в частности, идеологического секретаря, которому вопрос бы передан на рассмотрение. Некоторым опытом в области национальной политики он уже располагал: работая незадолго до выдвижения в секретари ответорганизатором орготдела ЦК КПСС и курируя Казахстан и Туркмению, Н.Гаджиев занимался обустройством турков-месхетинцев. Однако в случае с армянскими притязаниями требовалось другое - осторожность, точность, дипломатичность.

В книге скрупулезно рассказывается, как, изучив еще раз исторический материал, официальные документы и составив аргументированный доклад, доказывавший беспрекословную принадлежность Нахчывана и Нагорного Карабаха Азербайджану, а также в целом международно-юридическую неправомерность подобных абсурдных притязаний, Назим Гаджиев представил его на совещании, которое состоялось перед заседанием президиума ЦК КПСС. И был так убедителен, что, несмотря на существующий проект постановления о передаче азербайджанских земель Армении, по категоричному предложению первого секретаря, поддержанному большинством участников совещания, вопрос окончательно был снят с повестки дня.

Автор книги, ссылаясь на рассказы очевидцев, пишет и о том, как прореагировал на неожиданное для него решение присутствовавший на совещании А.Микоян, как известно, во все времена небезуспешно возглавлявший в Москве армянское лобби, содействовавший его расширению. Не сумев сдержать ярости, Микоян обрушился на Назима Гаджиева, обвинив его в отсутствии интернационализма, чем продемонстрировал весьма оригинальное толкование этого понятия. К счастью, Микоян получил тогда гневный отпор.

А для Назима Гаджиева все это обернулось трагедией: он заболел, и в кремлевской больнице его «лечил», волею, наверное, рока, врач-армянин, который, как утверждал в свое время академик Топчибашев, сделал ему заведомо неправильную хирургическую операцию, что и стало причиной наступившей через полтора года смерти этого молодого и всегда здорового мужчины.

По странному стечению обстоятельств, в семье Гаджиевых это была уже вторая смерть, случившаяся в результате «лечения» врачами армянской национальности: первой жертвой оказалась внезапно скончавшаяся мать Назима. Сын долгие годы переживал эту утрату, не догадываясь о том, что судьба уготовила ему самому.

В свой последний период жизни, читаем в книге, Назим Гаджиев был, как и прежде, активен и деятелен, в частности, предпринял ряд конкретных шагов в области межнациональных и межэтнических отношений: ведь Азербайджан всегда был многонациональным. Не оставлял без внимания также вопросы национальной культуры, образования, серьезно относился к подбору кадров, поддерживал таланты, что находило поддержку лучших представителей азербайджанского народа, таких, как Юсиф Мамедалиев, Гасан Абдуллаев, Кара Караев, Ниязи и многие другие, которые видели в молодом секретаре своего единомышленника.

Все это шло, думается, от корней. Генеалогическому источнику посвящена отдельная глава книги Айдына Гаджиева. Из нее явствует, что в семье Гаджиевых было много образованных людей, просветителей. Азербайджанский язык преподавал в русской школе Нухинского уезда отец Назима - Мамедия. А мать, Бахти ханум, представляя благородный дворянский род эриванских беков, была выпускницей первого женского светского лицея в Баку, созданного ее отцом Керимбеком Измайловым вместе с Зейналабдином Тагиевым. Кстати, Керимбек был сыном возглавлявшего по назначению царской администрации Нухинский уезд генерал-губернатора Ага Гусейн хана Измайлова. Известный был человек! Рассказывают, что до последних лет его выполненный в масле портрет демонстрировался в краеведческом музее Еревана.

Автор книги довольно обстоятельно прослеживает жизнь своего героя. Трудовой путь Назим Гаджиев начал в районной газете, сочинял стихи, кстати, замеченные самим Самедом Вургуном, писал статьи, репортажи. После школы поступил на востфак университета в Баку. Но спустя год вернулся домой - надо было помочь семье; работал завучем в сельской школе. В 1943-м его призвали в армию, но, выявив высокий интеллект и знание фарсидского языка, послали в разведшколу. Затем в жизни Назима Гаджиева были служба в НКВД, где вскоре стал освобожденным комсомольским секретарем, избрание секретарем Бакинского горкома комсомола, работа парторгом мединститута, после чего в 1951-м его избрали секретарем по пропаганде, а через год и первым секретарем ЦК ЛКСМ Азербайджана.

Комсомольский лидер так увлеченно работал, умел так заинтересовать какой-то идеей и осуществить ее, что это не прошло незамеченным. И очень скоро его, к тому времени уже давно завершившего свое высшее образование, назначили заведующим отделом ЦК партии Азербайджана, а затем, как уже отмечалось, и ответственным организатором ЦК КПСС. В Баку вернулся в 1960-м секретарем по идеологии.

Этот высокий и ответственный пост стал, к сожалению, последним полем битвы борца по натуре Назима Гаджиева, человека, которому и посвящена правдивая, сумевшая донести до нас неповторимый дух того времени книга «Все понять, но не все простить».

######