Баку, 22 января, Гюнель Алыева, АЗЕРТАДЖ

Ремесло ковроткачества – это магия, запечатленная в узорах. Это искусство, где каждая нить становится частью великой истории, а каждый узелок хранит тайну мастера. Ковроткачество – это не просто создание красивого изделия, это язык, на котором мастера веками рассказывали о своей культуре, традициях и даже личных переживаниях.

Наш собеседник – коллекционер ковров Амир Оскоуи. Работая в лавке своего отца, торговца антиквариатом, он открыл в себе любовь к изысканным коврам и текстилю. После он стал учеником известного тебризского торговца антикварными коврами Гасана Ахани.

В 2007 году Амир Оскоуи переезжает в США и начинает работать в американской компании. За два с половиной года он изучает торговлю коврами и открывает свой бизнес, а в 2018 году решает начать коллекционировать азербайджанские дворцовые ковры.

Через четыре года Амир Оскоуи открыл собственную ковровую лавку. Сначала он сосредоточился на продаже старинных ковров, но затем расширил бизнес, занявшись и их реставрацией. Вскоре он собрал команду специалистов по реставрации и начал сам изучать процесс восстановления ковров.

- Амир муаллим, как вы заинтересовались коврами?

- У меня с детства есть связь с коврами. Это было делом моего отца, но можно сказать, что у меня с коврами существует особая духовная связь. С возрастом меня стали привлекать не только сами ковры, но и их загадочность, разнообразие, их история, появилось желание узнать, что еще скрывает этот удивительный мир.

В определенный момент я решил продолжить свой путь самостоятельно, чтобы познакомиться с коврами из других регионов и расширить свои знания в этой сфере. Этот путь похож на школу: каждый год ты переходишь на новый уровень, учишься чему-то новому, и с каждым этапом сложность растет.

Сначала, я сосредоточился на коврах, а затем меня заинтересовали вышивки, ткани и килимы. Мир ковров невероятно обширен, и никто не может утверждать, что он на сто процентов владеет знаниями о нем. Если кто-то говорит обратное, он просто обманывает себя. Даже я, несмотря на свой опыт, до сих пор нахожусь в процессе обучения. Эта работа полна сюрпризов. Каждый день ты сталкиваешься с такими редкими и уникальными экземплярами, которые вызывают искреннее восхищение и желание изучить их. Чем больше ты узнаешь, тем сильнее привязываешься к этому делу. Для меня каждый новый открытый секрет ковра дает невероятную энергию и вдохновение продолжать свой путь.

- Как вы приняли решение открыть собственный магазин ковров?

- Открытие собственного магазина стало логичным шагом после того, как я проработал четыре года у мастера, который специализировался на ковровой торговле мирового уровня. За эти годы я не только освоил тонкости профессии, но и почувствовал, что готов двигаться дальше. В какой-то момент я понял: пришло время создать что-то свое. Так я открыл свой магазин и начал профессиональный путь в мире ковров.

Сначала я сосредоточился на полуантикварных коврах, но со временем этого стало недостаточно. Меня привлекли антикварные ковры, особенно йоруковские. Это совершенно особый мир, наполненный страстью, душой и историей. Каждое изделие словно рассказывает свою историю, и это открытие увлекло меня в новую реальность. Для человека, который всегда ценил духовность и искал глубокие смыслы, этот мир стал настоящим вдохновением. Я почувствовал, что нашел свое место, и это придало мне внутреннюю силу двигаться вперед.

- Насколько важно для вас было работать с экспертами по реставрации антикварных ковров? Что вам дал этот процесс?

- На американском рынке старинных ковров я столкнулся с тем, что покупка и продажа таких изделий часто требуют навыков реставрации. Это подтолкнуло меня к изучению этого искусства. Я начал сотрудничать с мастерами реставрации, создал команду профессионалов и сам постепенно овладел их мастерством. Я осознал - чтобы по-настоящему понять ковер, нужно изучить его изнутри: как он был соткан, из каких материалов создан, какие технологии были для этого использованы.

Реставрация – это кропотливый и долгий процесс. Некоторые работы занимают недели, а иногда даже месяца. После завершения всех этапов и финальной стирки ковер становится полностью восстановленным: его снимают с пола и украшают им стены. Этот процесс доставляет мне огромное удовольствие. Как говорил Мевлана: «Мы откололись от камня, упали на землю, стали почвой. В почву попало семя, из которого вырос росток. Росток съело животное, животное съел человек, а теперь мы обретем крылья и взлетим». Эта мысль отражает процесс возвышения и преображения, которое я вижу в коврах.

- Каково отношение людей в мире, интересующихся искусством ковра, к азербайджанским коврам?

- Азербайджанские ковры имеют огромную ценность для мировых коллекционеров. Каждый из них гордится тем, что владеет азербайджанским ковром, поскольку это не только произведение искусства, это культурное наследие с глубокой историей, высокой эстетической ценностью, которая достойна восхищения и признания.

- Какие на ваш взгляд, основные отличия азербайджанских ковров от других видов коврового искусства? Какие черты делают их уникальными?

- Азербайджанские ковры, особенно кочевые ковры (йорук), выделяются своей неподражаемой эстетикой. В отличие от ковров других стран, где можно увидеть четкую симметрию или асимметрию, в наших коврах часто отсутствует строгая симметрия, и именно это создает их особую красоту. Уникальность проявляется в цветовой палитре: например, темно-синий цвет может неожиданно смениться более светлым, что придает ковру глубину и выразительность. Еще одна важная черта – это их качество и долговечность, которые играют ключевую роль и делают азербайджанские ковры не только красивыми, но и практичными.

- Какой ковер из вашей коллекции вы цените больше всего и почему? Могли бы вы поделиться с нами его историческим и духовным значением?

- Собирая свою коллекцию, я обращал внимание на то, чтобы в ней отразился дух эпохи Сефевидов, особенно элементы суфизма. Ведь художники того времени были не просто мастерами своего дела — многие из них также были врачами и поэтами. Их произведения рождались из глубины души и основывались на уроках, которые они получили в прошлом.

Вы спрашиваете, какой ковер я ценю больше всего? Это все равно что спросить у родителей, какого ребенка они любят больше. Каждый родитель затруднится с ответом, потому что любит всех детей одинаково. Так же и с моими коврами.

В моей коллекции есть тибетские ковры, прекрасные образцы, которые мне очень нравятся. Есть и китайские ковры XVI века, которые тоже занимают особое место. В Китае в те времена тоже была богатая ковровая культура, дворцы украшались великолепными изделиями.

Тем не менее, я всегда считаю, что человек должен прежде всего возвращаться к своим корням. Поэтому я в первую очередь стремился собрать азербайджанские ковры. И хотя я занимаюсь торговлей коврами, у меня есть коллекции, которые я никогда не продам. И коллекция азербайджанских ковров — одна из таких.

- Ковры - это своеобразный язык, шифр. Что нужно для того, чтобы их «прочитать»?

- Чтобы «прочитать» ковер, нужно понимать его символику. Символы — это ключ к разгадке скрытых смыслов, их изучение требует времени и внимания. В моем проекте исследования эта тема занимает центральное место, особенно в образовательной и исследовательской части. Этими знаниями необходимо делиться с людьми, ведь ковры — неисчерпаемый источник открытий. Каждый раз можно обнаружить что-то новое, и многие их тайны остаются неразгаданными.

Я всегда воспринимал ковер как письмо из прошлого. Чтобы понять его, нужно учиться вникать в детали. Особенно это касается ковров кочевых народов. В них можно увидеть загадочные изменения: ковер начинается с одного узора, а затем внезапно меняется. Почему? Что хотел сказать мастер? Почему он вдруг решил нарушить первоначальный замысел?

Если внимательно рассмотреть такие ковры, то можно заметить, как узоры переплетаются и как в них используются разные символы. Иногда ширина бордюров то сужается, то расширяется, а затем возвращается к прежней форме. Такие нюансы не случайны. У мастера всегда были свои причины, скрытые смыслы. Он мог бы сделать ковер идеально симметричным, но осознанно добавлял элементы, которые придавали ему уникальность, превращали его в послание.

Каждый ковер — это загадка, которая хранит тайны своей эпохи. Чтобы его понять, нужны не только знания техники и материалов, но и глубокое понимание культуры, истории и традиций. Ковры — это не просто произведения искусства, это языки, говорящие с теми, кто готов их слушать.

- Планируете ли вы новые проекты в рамках вашей деятельности?

- У меня есть проект, который я уже представил во время моего последнего визита в Азербайджан. Я хочу создать академию, где будут объединены ремесленные искусства тюркских народов. Это будет учебно-исследовательский центр, направленный на сохранение, изучение и популяризацию традиций. В его основе также будет музей, где будут собраны уникальные произведения искусства.

Моя мечта — превратить Азербайджан в мировой центр ковроткачества, где будут собраны шедевры со всего мира. Я хочу, чтобы люди, стремящиеся к подлинным знаниям о коврах, приезжали сюда, наслаждались красотой азербайджанских ковров, реставрировали свои изделия, получали точные знания и сертификаты на свои ковры.

Я уверен, что этот проект станет не только важным шагом для сохранения культурного наследия, но и значительным источником экономического роста для нынешнего и будущего поколений.