СОВЕТ ЕВРОПЫ СТАРАЕТСЯ ИСПРАВИТЬ ДОПУЩЕННЫЕ ОШИБКИ
Страсбург, 24 июня (АЗЕРТАДЖ). С первых же месяцев вступления Азербайджана в Совет Европы, каждый раз поднимая вопрос об агрессии Армении, нагорно-карабахской проблеме, определенные силы, выступающие против нашей страны, выдвигали искусственную проблему «политзаключенных», чтобы отвлечь внимание от этих вопросов. С целью устранения этой пресловутой темы, не имеющей никакой правовой основы, азербайджанская делегация длительное время проводила напряженную работу в Совете Европы. Наконец, правда начинает торжествовать.
Как сообщает АЗЕРТАДЖ, 24 июня на заседании комитета по правовым делам и правам человека ПАСЕ было принято решение о том, что прежде чем начать в какой-либо стране поиски так называемых «политзаключенных» нужно определить суть этого понятия. На это заседание, помимо членов комитета, были также приглашены известные европейские правоведы Стефан Трексел, Андре Гротриан, Джавьер Гомес Бермудес.
В слушаниях активное участие принял член комитета, автор нескольких связанных с этой проблемой важных документов Рафаэль Гусейнов. После выступления экспертов первым слово было предоставлено Р.Гусейнову, который рассказал о рассмотрении сначала этого вопроса в Совете Европы и принятых документах: «Совет Европы более полувека поднимает проблему политзаключенных. Впервые документ, связанный с вопросом о политзаключенных, был подготовлен в Ассамблее в октябре 1956 года.
В то время в Западной Европе шли жаркие дебаты о необходимости решения вопроса о политзаключенных. И в последующие десятилетия эта важная проблема всегда находилась в повестке дня Совета Европы. Поскольку Ассамблея подходила к вопросу о «политзаключенных» не как к внутреннему делу какой-либо страны, она отслеживала, обсуждала такие события не только в Европе, но и во всех государствах других континентов, старалась внести свой вклад в положительное решение вопроса. Наглядным доказательством тому служат подготовленные в Ассамблее документы, выступления, предпринятые шаги, связанные с защитой прав политзаключенных в Чили еще в 1978 году, и в 1980 году - в Аргентине.
Совет Европы, взяв за основу в своей деятельности мысль «наличие одного политзаключенного в одной стране - это много», принимал более решительные действия в подобных ситуациях в государствах-членах. В Литве, Украине, Армении, Грузии и в других государствах-членах были подготовлены документы, связанные с проблемой «политзаключенных», проведен обмен мнениями. И сегодня продолжается работа в этом направлении, и если эта проблема не сразу будет разрешена, то пока существует Совет Европы, не иссякнут и усилия, направленные на искоренение этой проблемы».
Рафаэль Гусейнов, выразив сожаление, что несмотря на все это до сих пор нет конкретного, аргументированного ответа на вопрос, кого можно называть «политзаключенным», сказал: «Странным кажется то, что Совет Европы, который на протяжении более 50 лет уделяет внимание этому вопросу, до сих пор ни для себя и ни для других не уяснил вопроса, на который в первую очередь должен был найти ответ. До сих пор он не дал четкого, убедительного, аргументированного ответа на вопрос «Кто такой политзаключенный?». С одной стороны, этому есть объективная причина. Если одно из слов этого словосочетания связано с правовой наукой, другое связано с политикой. Выражение «политзаключенный» пытается соединить два различных полюса. Однако известно, что не всегда политические взгляды и подходы совпадают с положениями права, связанными с конкретикой. Неслучайно, что в правовой науке и в европейском прецедентном праве также пока еще не существует понятия «политзаключенный» и точная его оценка.
Принимая это во внимание, в 2003 году я подготовил отдельный документ под названием «Проблемы определения универсальных критериев понятия «политзаключенный». Так как состоящие из 5 пунктов критерии понятия «политзаключенный», представленные в 2002 году группой, созданной по инициативе руководства Ассамблеи в составе Алкемы, Арабачиева и Трекселя, не выдерживают критики и в свое время вызвали очень много споров. Эти критерии настолько расплывчаты, что применяя их можно заявлять о том, что в любой европейской стране есть политзаключенные. Даже подготовленный в мае 2002 года в Ассамблее очередной документ на эту тему назывался «Политзаключенные в Европе» и призывал изучать проблему в других странах континента уже в соответствии с критериями, выдвинутыми экспертами Совета Европы. Однако из-за спорности критериев, выдвинутых в проводимых в то время дебатах в комитете по правовым делам, было решительно заявлено о недопустимости этого, и идея искать с этими критериями в Европе «политзаключенных» не получила развития. Несмотря на то, что такие же критерии в то время применялись только к одному государству-члену - Азербайджану, и на вопрос «Если это правильные принципы, то почему они не применяются к другим государствам-членам?» никто не мог дать весомого ответа.
Определив вразумительные критерии вопроса о «политзаключенных» в Европе, в том числе в ряде государств-членов, которые будут приняты всеми, я отразил их еще и в другом документе, подготовленном мной в мае 2009 года. В документе, подготовленном Аграмоном в те же дни, спустя две недели после меня, который подписали многие авторитетные депутаты Ассамблеи, отражено почти такое же намерение и наконец, он требует назначения докладчика, который даст научное, обоснование понятию «политзаключенный». Это намерение должно быть непременно поддержано и реализовано.
Без конкретных критериев неправильно проводить исследования в какой-либо стране, связанной с этой проблемой, это нанесет вред авторитету Совета Европы».
Положения Р.Гусейнова, основывающиеся на неопровержимых доказательствах и сильной логике, подвигли участников заседания вести обсуждения в этом направлении, выступившие депутаты - Клод Наги, Конде Бажен, Диас Тежера и другие подтвердили, что позиция представителя Азербайджана - это самый правильный подход к проблеме, и начало изучения этих вопросов в какой-либо стране после определения понятия «политзаключенный» является объективным решением.
Аскер Алиев
собкор АЗЕРТАДЖ
Страсбург
Другие новости раздела
