Баку, 24 августа, АЗЕРТАДЖ

Инкрустация металлом по дереву, чеканка по серебру, гончарное дело, ковры и вышивка — искусство мастеров Дагестана известно далеко за его пределами. И пусть ручной труд не приносит большого дохода, целые династии в горных посёлках остаются верны своему ремеслу.

АЗЕРТАДЖ со ссылкой на РИА новости предлагает небольшой обзор изделий народных промыслов, которые можно привести с собой из поездки в Дагестан.

Унцукуль: инкрустация металлом по дереву

Магомедали Магомедалиев из села Унцукуль занимается ремеслом 26 лет. Дело всей его жизни — искусство насечки металлом по дереву, известное в Дагестане с XVII века. «Первое задание, которое дал мне наставник, — сделать рукоятку для трости. Тогда я подумал, что никогда в жизни не научусь», — признаётся Магомедали.

Материалом для работы служит древесина абрикоса и кизила, её привозят из леса и ставят на печку. Постепенно дерево забирает тепло и становится, по словам мастера, мягким, как жевательная резинка. На этом этапе ему придают форму будущего изделия.

Деревянной заготовке дают остыть, после чего с неё стёсывают крупные сучки. Мелкие неровности шлифуют, но не убирают полностью — сучковая трость считается самой престижной. Затем карандашом намечают узор инкрустации. Тонкие пластины из серебра нарезают и аккуратно вбивают в дерево, следуя рисунку. Готовое изделие покрывают лаком.

В 1937 году работы унцукульских мастеров получили золотую медаль и диплом первой степени на Всемирной выставке в Париже

Мастера стали делать декоративные предметы только в XX веке, до этого все изделия имели практическое применение.

По традиции, каждый мастер отвечает за определённый вид изделий (например, только за трости). Деревянные заготовки делают мужчины, а инкрустацией занимаются женщины. Магомедали один из немногих, кто может сделать любую вещь от начала до конца сам. Его дети решили продолжить династию — дело предков для горцев не пустой звук.

В советское время на фабрике инкрустации в Унцукуле трудились 200 человек. Сейчас в селе осталось десять мастеров.

«Жаль, что ремесло угасает. В 1970-е годы к нам приезжали специалисты из Москвы, хотели открыть производство в столице. Но не получилось: чтобы сделать одну вещь, требуется слишком много труда», - резюмировал мастер.

Кубачи: ювелирные изделия

Село Кубачи Дахадаевского района упоминается в персидских летописях IV века под названием Зерихгеран, или «кольчужники». Работы местных оружейных мастеров были известны далеко за пределами села. Кубачинцы рассказывают, что шлем Александра Македонского — дело рук их предков.

Кроме оружия и доспехов в Кубачах делали и ювелирные украшения с применением тех же техник: литьё, чеканка, чернение, инкрустация и насечка золотом по серебру.

Сейчас ювелирным ремеслом занимаются 80% жителей села. Детей обучают мастерству с первого класса, в местных школах есть предмет «Основы кубачинского искусства». Каждый кубачинец должен знать, как правильно сочетать узоры, выстраивать симметрию и орнаменты.

Мастера имеют специализации: один делает форму, другой занимается филигранью, третий полирует изделие. Таким образом, заказ может обеспечить работой 5-6 человек.

«Если какое-то звено исчезнет, производство встанет. Всю работу от начала и до конца могут сделать единицы», — говорит Расул Куртаев, бывший глава села и энтузиаст, развивающий туризм в этих краях.

В центре посёлка находится магазин, где можно купить изделия местного производства, например, кольцо, кинжал или столовый сервиз из 90 предметов.

Гоцатль: аварское серебро

Гоцатлинские ювелиры учились ремеслу у кубачинских, поэтому в их работах можно проследить влияние ювелирных традиций Кубачей. Различие — в орнаментах. Кубачинские ювелиры равномерно заполняют поверхность изделия тонким сплошным узором, а гоцатлинские делают акцент на крупном рисунке и обрамляют его ажурной вязью.

Султанахмед Магомедалиев — потомственный мастер обработки металла. Его далёкий предок занимался чеканкой по меди ещё во времена Кавказской войны.

«Я окончил художественное училище в Костроме и художественно-графический факультет в Махачкале. В 1990-е годы меня назначили директором художественного комбината, который выпускал изделия из аварского серебра. Но все 11 лет директорства руки тосковали по ремеслу», — рассказывает Магомедалиев.

Султанахмед освоил все техники обработки серебра и может сам взяться за работу на любом этапе — от плавления серебра до полировки готовой вещи. У него заказывают вазы, оклады для книг, оружие и украшения.

«Сегодня принесли саблю, просили сделать ножны. Дядя этого человека участвовал в русско-японской войне — это его сабля. Сначала штихелем я гравирую орнамент из мельхиорового сплава или серебра. Можно ещё чернью покрыть. Потом закаливаю изделие в печи, чеканю фон штихелями и полирую».

Изделия можно купить напрямую у ювелиров. Вторник и пятница — базарные дни, в это время мастерские закрыты. Если хочется увидеть мастеров за работой, лучше выбрать другой день.

Балхар: керамика

В средние века в Дагестане было около двенадцати центров керамики, но до наших дней сохранился только Балхар.

Мастер Зарема Ибрагимова преподаёт гончарное дело в школе. «В долине рядом с селом есть залежи разноцветной глины — говорят, когда-то там было озеро. По традиции материал добывают мужчины, но обрабатывают его только женщины».

В Балхаре мужчинам всегда было запрещено заниматься гончарным делом. Высохшие заготовки мастерицы расписывают белыми тонкими узорами. Кисточка и краски самодельные. Кисть делают из гривы осла, а краска — побочный продукт отмучивания, или отстаивания глины: её заливают водой и долго выдерживают, в результате чего вода окрашивается органическими примесями.

Среди изделий балхарских мастеров - кувшин для хранения молока и сбивания масла, кувшин для хранения и переноса воды и кваса, сосуд для хранения сыпучих продуктов, кувшин для переноса воды из родника, сосуд для умывания и др.

Посмотреть, как делают балхарскую керамику, и купить сувенир можно в центральной мастерской — любой житель села подскажет к ней дорогу. Зарема с гордостью рассказывает, что особой популярностью пользуются кувшины, в которых вода всегда остаётся прохладной. Кувшин стоит ок. 7,5 доллара, большое блюдо для фруктов — ок. 38 долларов.

Кайтаг: вышивка

Центром кайтагской вышивки считается село Маджалис. Как и четыре века назад, мастерицы вышивают шёлковыми нитками по хлопковой ткани односторонней гладью с прикрепом. Техника экономичная: в ней почти нет изнаночных стежков, дорогие нитки используются только на лицевой стороне.

Намеченный на ткани рисунок застилается длинными стежками односторонней глади. Стежки иногда получаются очень длинными, так что их нужно закрепить поперечным строчками. Это и есть прикреп.

Вышивка гладью с прикрепом — очень трудоёмкая техника. На создание одного полотна уходит от трёх месяцев до полугода.

Нитки окрашивают натуральными красителями. Например, растение марена даёт красный цвет, резеда — жёлтый. Из ореховой коры получают тёмно-коричневый цвет, из индигоферы — синий.

В рисунке зашифровано пожелание владельцу. Например, коня вышивают для удачной охоты или победы в войне, круги и овалы — знак солнца и плодородия, а дерево — пожелание долголетия. Цвета тоже имеют значение. Белый символизирует чистоту, красный и жёлтый — радость.

Раньше вышитые полотна использовали для совершения обрядов, связанных с рождением, свадьбой и смертью. Новорождённому вышитое полотно клали в люльку, умершему — на лицо, а невеста перед свадьбой переносила в вышитом отрезе украшения в дом мужа. Существовали специальные узоры для каждого из этих событий.

Обычно вышивальщицы создают картину для определённого события, поэтому купить на месте понравившуюся готовую работу вряд ли получится. Но можно прийти в студию и там сделать заказ.

Благодаря дагестанскому дизайнеру Шамхалу Алиханову искусство кайтагской вышивки стало частью современной моды. Алиханов использует традиционные орнаменты в мужском костюме. С 2006 года он является постоянным участником Недели моды в Москве. «Обычным костюмом уже не удивишь, поэтому я играю с этникой. Это мои корни», - говорит модельер.

Хучни: ковры

Центром ковроткачества в Дагестане был Табасаранский район: народы, которые традиционно занимались скотоводством, перерабатывали шерсть на ковры.

Село Хучни Табасаранского района - место, где делают ковры удивительной красоты. Изначально они имели исключительно практическое применение: у местных жителей в домах были холодные глиняные полы. Позже дагестанские девушки стали ткать ковры для приданого — так родители жениха могли оценить мастерство невесты. Качество ковра тщательно проверяли: оставляли на солнце и под дождём, вымачивали в чане с водой, стелили под ноги бегущим лошадям. После всех испытаний изделие должно было сохранить форму и цвет. 300 лет — срок службы настоящего табасаранского ковра.

Опытной мастерице требуется месяц, чтобы соткать квадратный метр ковра. Над большими коврами обычно работают несколько женщин.

Как и для вышивки, нити для ковроткачества окрашивают вручную. Женщины собирают в горах травы и коренья, замачивают их, затем вываривают в них нитки и дают настояться.

«Чтобы покрасить килограмм шерсти, нужно мешками класть в чан траву марену. На ковры с натуральными красителями уходит много труда и времени», — говорит Джамиля Дагирова, реставратор в Музее изобразительных искусств в Махачкале.

Табасаранцы ткут ворсовые и безворсовые ковры. Первые вешают на стены, вторые кладут на пол. Узоры и орнаменты имеют своё значение, часто неочевидное. Сочетание геометрических фигур вполне может оказаться павлином, драконом или деревом. В традиционном рисунке «сафар» заложен сюжет легенды о молодом пастухе, погибшем во время бури в горах.

Среди геометрических рисунков неожиданно встречаются реалистичные розы — единственный узор, не имеющий тайного смысла. Табасаранцы рассказывают, что ковры стали украшать розами после Кавказской войны, во время которой русские солдаты привезли в Дагестан павлопосадские платки.

Ковры в Хучни делают только на заказ, договариваться с мастерицами нужно заранее. В среднем работа над небольшим ковром занимает 3-4 месяца.