Баку, 24 июля, АЗЕРТАДЖ

В свежей колонке на сайте Red Bull Racing руководитель команды Кристиан Хорнер подвел итоги Гран-при Великобритании, назвал сумму, в которую обошлось столкновение Макса Ферстаппена с Льюисом Хэмилтоном, раскритиковал соперников из Mercedes и пообещал ответить им на следующем этапе в Венгрии, передает АЗЕРТАДЖ.

НОВОСТИ О МАКСЕ

Макс попал в самую сильную аварию в своей карьере, в первый и, надеюсь, в последний раз был госпитализирован. Когда после аварии Макс не отвечал нам по радио, то казалось, что время остановилось. В такие моменты не думаешь ни о чем, кроме безопасности гонщика, который для всех нас является членом семьи. В такие моменты вспоминаешь, с каким риском связан наш спорт.

Когда Макс, наконец, заговорил, мы испытали огромное облегчение. Мы видели, что Максу помогли выбраться из кокпита, когда он был ошеломлен и нуждался в помощи.

Следует отдать должное уровню безопасности современных машин, Halo и защитным барьерам. Удар был такой силы, что сиденье Макса сломалось. Машина могла перевернуться, что стало бы проблемой для бригады медиков, но, к счастью, этого не произошло.

Учитывая, что в момент удара перегрузка составила 51G, медикам важно было убедиться, что гонщик не получил внутренних повреждений и избежал неврологических проблем, таких как сотрясение мозга. После предварительного осмотра в медицинском центре автодрома было решено доставить Макса на вертолёте в госпиталь Ковентри для проведения компьютерной и магнитно-резонансной томографии, чтобы убедиться в отсутствии повреждений. FIA, как и мы, выпустила заявление о состоянии гонщика, так что все были в курсе происходящего.

Макс находился под пристальным наблюдением, в районе 22:00 был выписан из госпиталя, а на следующий день отправился домой. Я говорил с ним в понедельник утром, и он сказал, что чувствует себя как после нескольких раундов на ринге с Тайсоном Фьюри. Макс был весь в синяках, но в хорошем настроении. Он благодарен медицинской бригаде, как и все мы. Верный своему подходу, Макс пытается выбросить произошедшее из головы и готовится к венгерскому этапу.

СТОЛКНОВЕНИЕ В COPSE

И Макс, и я, и команда получили много сообщений со словами поддержки после столкновения. Copse — очень быстрый поворот, один из самых быстрых в календаре, и любой гонщик скажет вам, что в этом повороте нужно действовать с должной осмотрительностью.

Если внимательно изучить записи, то можно увидеть, что Макс проезжал Copse по более широкой траектории по сравнению с Шарлем Леклером, когда того обогнал Хэмилтон по ходу гонки. Хэмилтон тормозил поздно и промахнулся мимо поворота. С такой скоростью он ни при каких условиях не попадал на апекс, а его траектория прохождения Copse означала, что он не сможет избежать столкновения с Максом. Даже на торможении после инцидента Льюис широко выехал.

Если бы Макс проехал Copse, то Хэмилтон его бы больше не увидел по ходу гонки, как это было в спринте. Независимо от опыта и таланта, все гонщики временами испытывают нарастающий прессинг. Это был тот самый момент, когда Хэмилтон испытывал огромный прессинг в чемпионате, поскольку он превратился из преследователя в преследуемого. Происходило все на глазах его домашней публики, которая накануне видела, как в Mercedes упустили победу на трассе, которая традиционно считалась их обителью.

Все мы знаем, что такие ситуации могут повлиять на стиль пилотирования, привести к нехарактерным для чемпиона мира действиям — именно в такие моменты и возрастает риск. Что касается Макса, то несмотря на аварию и ушибы, он стремится вернуться на трассу.

По ходу уик-энда были и позитивные стороны — если год назад мы квалифицировались в секунде позади Mercedes, то на этот раз разница была всего в одну десятую. В гонке наша машина была быстрее, и мы опередили их в спринте. Это подтверждает, что усилия команды и поддержка Honda позволили сократить отставание от семикратных чемпионов мира и оказать на них давление.

СТЮАРДЫ ДОЛЖНЫ ОСТАВАТЬСЯ БЕСПРИСТРАСТНЫМИ

Майкл Маси — директор гонок FIA, с ним связываются команды, он для нас рефери. Команды могут озвучить свою точку зрения по радио, и тогда он решит, передавать дело на рассмотрение стюардам или нет.

Сами стюарды являлись и являются полностью независимым органом. За все шестнадцать с половиной сезонов, что я руковожу командой, я ни разу не заходил к ним в комнату по ходу гонки или сессии.

По ходу телетрансляции стало известно, что Тото Вольфф собирался встретиться со стюардами и передать им информацию, которую он до этого пытался отправить на электронную почту Майклу Маси. Это происходило до того, как было вынесено решение о наказании, и напоминало попытки лоббировать решения присяжных до того, как они вынесут вердикт. Стюарды закрыты в отдельной комнате, чтобы гарантировать их независимость от внешнего влияния, чтобы они могли сделать собственные выводы.

Итак, услышав, что Тото собирается пролоббировать решение, я подошёл к ним и поднял вопрос о том, что никто из нас не должен там присутствовать, не должен вмешиваться в процесс принятия решений. В спортивном кодексе говорится, что это неприемлемо, и теперь я рад, что FIA пояснила, что такого рода лоббирование недопустимо в будущем, поскольку оно может заставить стюардов принять решение, которое не будет полностью справедливым или беспристрастным.

ОТБЫТИЕ НАКАЗАНИЯ

Не секрет, что мы считали и до сих пор считаем, что Хэмилтон получил слишком мягкое наказание за такой инцидент. Учитывая серьезность произошедшего и мягкость наказания, мы проверяем все данные и оставляем за собой право запросить пересмотр дела. Именно поэтому мы продолжаем изучать все доказательства и оцениваем наши спортивные возможности.

Другой важный фактор заключается в том, что эта авария обошлась нам примерно в $1,8 млн, что имеет огромные последствия в эпоху бюджетных ограничений.

ПРАЗДНОВАНИЕ

Я бы хотел ответить на некоторые комментарии Тото, который, как приводят его слова, сказал, что наши комментарии относительно вины Хэмилтона в аварии на самом деле «предвзятые».

Хочу прояснить. На трассе произошло столкновение двух лучших гонщиков мира. В тот момент, когда ваш гонщик находится в госпитале, степень травм неизвестна, машина под списание, а стюарды наказывают второго гонщика, возлагая на него ответственность, сложно удержаться от эмоций, какую бы сторону вы не поддерживали.

Кроме того, я считал, что слова о том, что Макс действовал «излишне агрессивно», на данном этапе были неуместными. Достаточно взглянуть лишь на тот факт, что у Макса нет штрафных баллов, и за последние пару лет его не наказывали за действия на трассе.

Агрессивный 17-летний дебютант Формулы 1 Макс Ферстаппен, о котором говорит Хэмилтон, не имеет ничего общего с нынешним Максом Ферстаппеном, точно так же как и Льюис отличается от того гонщика, каким он пришел в спорт.

Разумеется, оба гонщика бескомпромиссны в своем стиле вождения, но у них огромный опыт и умения. Реальность такова, что Хэмилтон встретил соперника, в распоряжении которого конкурентоспособная машина. Я согласен с тем, что оба гонщика должны проявлять уважение друг к другу, но это Хэмилтон был агрессором в воскресенье.

Я по-прежнему разочарован тем, какое устроили празднование после гонки. В Mercedes знали о серьезности аварии и о том, что Макс госпитализирован для прохождения обследования. Невозможно не проинформировать своего гонщика о такой ситуации. Более того, это нужно сделать, чтобы защитить своего гонщика на случай, если он не проявит необходимой сдержанности в праздновании, особенно когда такое произошло в результате инцидента, за который он был еще и наказан.

ВОЗВРАТ ДОЛГА В ВЕНГРИИ

На Гран-при Венгрии команду ждет новый вызов — мы все предельно мотивированы, чтобы сохранить лидерство в чемпионате. Произошедшее в Сильверстоуне не остановит Макса, и он уже сейчас хочет вернуться на трассу. Он полон решимости оставить инцидент в прошлом и использовать произошедшее в качестве дополнительной мотивации до конца сезона. Как и мы.