Баку, 19 июля, АЗЕРТАДЖ

После Гран-при Великобритании Ф-1 директор гонок FIA Майкл Маси в основном отвечал на вопросы журналистов, связанные с инцидентом, произошедшим на первом круге между Максом Ферстаппеном и Льюсом Хэмилтоном, передает АЗЕРТАДЖ.

-Была ли необходимость прерывать гонку красными флагами после аварии Макса Ферстаппена? И почему так долго пришлось ждать рестарта?

Авария была очень серьезной, система передачи данных телеметрии на его машине вышла из строя, ни FIA, ни команда не могли подтвердить, в каком состоянии находится система ERS, и хотя индикатор горел зеленым светом, мы должны были действовать с максимальной осторожностью.

В соответствии с действующим протоколом мы отправили двух сотрудников к месту аварии, чтобы они проверили машину и заранее убедились, что ее можно безопасно эвакуировать. И, разумеется, после этого было необходимо отремонтировать поврежденные барьеры. Думаю, в общих интересах было прервать гонку, это наиболее правильное решение в подобных обстоятельствах.

-Считаете ли вы справедливым, что гонщик, которого признали виновником аварии, из-за которого соперник выбыл из борьбы, потом все равно одерживает победу?

Думаю, что уже давно мы следуем принципу, к которому пришли много лет назад после дискуссий с участием всех команд, FIA и Формулы 1 - кстати, это было до того, как я занял эту должность. Этот принцип в свое время поддержали руководители всех команд, и суть его в том, что мы не должны принимать во внимание последствия инцидентов при вынесении решений, а только обстоятельства собственно инцидентов.

Стюарды придерживаются этого принципа много лет, ведь если мы начнем рассматривать последствия инцидентов, то появится слишком много различных переменных.

-В какой мере вас расстраивает, когда после подобных инцидентов к вам напрямую обращаются руководители и менеджеры команд? Сегодня мы это слышали…

Вообще не расстраивает, ведь это часть их работы. Вполне понятно, что каждый преследует свои интересы. С своей стороны я ко всем отношусь одинаково, стараясь найти сбалансированный подход и определиться с приоритетами в зависимости от конкретной ситуации. У нас и раньше бывали подобные случаи - пару раз с Mercedes, а с Red Bull вообще часто, когда я просто говорил: «Успокойтесь, и потом мы вернмся к этому разговору».

-Вы не считаете, что после таких инцидентов стоит делиться информацией о том, какой логики придерживались стюарды, вынося то или иное решение? Мы не видим, на каких данных основано решение, поэтому возникает немало вопросов…

По-моему, в ходе телетрансляций вы слышите мнения многих аналитиков, среди которых есть очень опытные гонщики Формулы 1, и они всегда готовы объяснить случившееся. Причем им нужно секунд 30, максимум минуту, чтобы сформулировать свою позицию.

Стюарды же анализируют абсолютно всю имеющуюся информацию, их никто не торопит, и они детально рассматривают все обстоятельства инцидента. Я считаю, что стюарды не должны испытывать никакого лишнего прессинга, они должны знать, что у них есть время во всем разобраться.

-Что с точки зрения стюардов должен был сделать Льюис, чтобы избежать аварии и не получить штрафа?

Не знаю, представили ли они свое мнение по поводу того, что он должен был сделать. Насколько я понимаю, когда они все проанализировали, то пришли к выводу, что вина за инцидент в большей степени лежит на нем. У меня пока не было возможность прочесть весь текст их решения, но суть его в основном такая: Льюис мог держаться ближе к апексу, что он и сделал в другом эпизоде, произошедшем позднее, когда обгонял Шарля Леклера.

Они исходили именно из этого. Стюарды не возлагают вину полностью на него, но считают, что вина в большей степени лежит на нем.

Вообще к происходящему на первом круге стюарды относятся не столь строго, придерживаясь того принципа, что гонщикам надо дать возможность бороться на трассе. В этом нет сомнений. Но в конце прошлого года и гонщики, и команды высказали свое однозначное мнение, что если кто-то расставляет локти слишком широко, то отношение к этому должно быть несколько иным.

Поэтому с начала этого года действует такое правило: если в инциденте участвуют две машины, и если выясняется, что вина за случившееся в большей степени или полностью лежит на каком-то из гонщиков, то к такому инциденту стюарды будут присматриваться более внимательно, даже если он произошел на первом круге.

- И вы считаете, что 10-секунд - вполне достаточный штраф за такой инциден?

Я согласен со стюардами и со штрафом, который они назначили. Повторюсь: речь идет только об обстоятельствах собственно инцидента, а его последствия во внимание не принимаются. Это два совершенно разных сценария.

-В юридической практике последствия тех или иных инцидентов принимаются во внимание. Если смотреть на ситуацию с точки зрения Red Bull - у них разбита машина, их гонщик оказался в госпитале - может быть стоит учитывать и последствия? Ведь одна из задач любого штрафа - в какой-то степени восстановить баланс. С точки зрения Red Bull, не было сделано даже попытки этот баланс восстановить, достаточно посмотреть на результаты гонки…

Думаю, если смотреть на это таким образом, то вы никогда не найдете адекватного наказания, которое может хоть как-то восстановить баланс после подобных инцидентов. Именно поэтому последствия и не принимаются во внимание.

- Есть ли практика обсуждения тех или иных ситуаций с глазу на глаз с гонщиками? Например, не собираетесь ли в вы в Венгрии поговорить с Максом?

Если есть необходимость провести индивидуальную беседу с кем-то из гонщиков, то это происходит за закрытыми дверями. Мы в FIA намерены и в дальнейшем действовать именно так. Если я считаю, что надо что-то обсудить с гонщиками или с командами, то это в любом случае останется между участниками такого разговора.

-На другую тему: вы довольны тем, как прошел квалификационный спринт? Есть ли какие-то аспекты, которые нуждаются в дальнейшей доработке, и которые вы собираетесь как-то улучшить к следующему такому спринту?

По-моему, мы все должны гордиться достигнутым. Изначальное намерение состояло в том, чтобы программа каждого из трёх дней уик-энда содержала элемент состязания. Полагаю, болельщики и зрители это оценили. Опять же, FIA и Формула 1 исходили из того, что надо провести первый эксперимент, после чего станет понятно, какого рода улучшения необходимо произвести.

С нашей точки зрения, в целом все прошло хорошо. Одна из команд высказала одно небольшое замечание, и мы собираемся проанализировать момент, на который она обратила внимание. Но в целом мы все, вся Формула 1, действовали слаженно, работали сообща, и нам есть чем гордиться. Я считаю, что первый такой спринт прошёл успешно, но перед Монцей мы соберемся, открыто все обсудим и внесем какие-то поправки, если будет такая необходимость.