Баку, 10 июня, Микаил Мамедов, АЗЕРТАДЖ

Нурзия Халилова — молодой архитектор, художник и фотограф, которая исследует ковер как визуальную и философскую систему. Своими работами она доказывает: ковер — это не прошлое, а ресурс для будущего и говорит о том, что тюркский ковер — это живой продукт, с которым можно и нужно взаимодействовать.

Сегодня она проводит лекции, делится своими наблюдениями, размышлениями и открытиями, объединяя искусство, дизайн и исследование в цельную и насыщенную практику.

В интервью АЗЕРТАДЖ Нурзия Халилова рассказала о «визуальном коде» ковра, архитектурной гармонии, забытых смыслах и поделилась исследовательскими планами на будущее.

- Нурзия, как вы пришли к исследованию ковра как визуальной системы?

- Я открыла для себя ковер, как богатую визуальную систему в практике, на стыке своих интересов и профессиональной деятельности. После окончания университета в Баку, я вернулась в Санкт-Петербург, и уже наблюдала за ним взглядом архитектора, а не простого горожанина. Узнаваемый классический ритм архитектуры и градостроительной структуры. Оставалось только любоваться этой гармонией. Спустя почти четыре года я вернулась в Баку. Подсознательно продолжался визуальный анализ, после питерской слаженности системы форм и композиций, и у меня возник вопрос: «На что опирается азербайджанская архитектура и градостроительство?». Ответ не нашелся конкретно на этот вопрос. Но пока я в своей деятельности графическим дизайнером и художником обнаружила «язык ковра», который в то же время универсален для использования в разных областях дизайна и архитектуры, и даже в формировании национальной самоидентичности, визуальной, и не только. Тем самым я считаю, что изучение «коврового языка» воспитает в профильных специалистах необходимые качества и навыки для тех благоприятных перемен, в которых мы нуждаемся.

- Чем вас привлекает именно тюркская ковровая традиция? Что делает ее уникальной в контексте дизайна и архитектуры?

- В первую очередь, тюркская ковровая традиция меня привлекает своей геометрией и принципами композиции, а затем философией. И именно философия тюркского ковра не дает ей возможность потеряться в мире декоративности. Поэтому я радею за то, чтобы возродить традиции на более глубоком уровне, и сделать ковер универсальным визуальным языком, в частности, в Азербайджане.

- Почему, по-вашему, визуальный язык ковра оказался утраченной системой?

- Система ковра, как визуальный язык, существует и вне человека или его деятельности, но другое дело, что мы перестали пользоваться этим языком, тем самым утратили возможность гармоничного развития отдельных творческих направлений, а самое главное потеряли как главную единицу в культурной и ментальной памяти. То, что мы перестали пользоваться этим языком и утратили философию тюркского ковра, обусловлено историческими событиями и нашей ментальной особенностью — забывчивостью. У нас есть хорошая пословица в азербайджанском языке — «аğac kök üstə bitər» («Дерево растет из корня» – прим. ред).

Правильным будет изучать и творить, основываясь на ковровых принципах композиции или геометрии орнаментов. Как самый минимум, научиться грамотно стилизовать ковровые орнаменты в своих работах. Я наглядно показывала во время своей лекции примеры, как это можно делать, и свои работы, и работы моих коллег по цеху.

- В одной из ваших лекций вы говорите о «культурном ДНК» и «визуальных кодах». Что вы вкладываете в эти понятия, и как они проявляются в вашей работе?

- Культурное ДНК и визуальные коды - это одни из ключевых моментов, которые я исследую, как художник. С 2019 года работаю с орнаментами в графическом дизайне, но в этом вопросе вовсе не ограничиваюсь тематикой орнаментов. Я к своим суждениям прихожу через анализ того, что вижу. А вижу я то, что несмотря, на активную глобализацию все равно прослеживаются ментальные особенности людей, проживающих в определенной местности, в другой системе культурных ценностей, в разных климатических условиях, в конце концов. Мне важно видеть это разнообразие. Я не верю, что унификация и обезличивание, в чем бы то ни было, приведет к добру. Меня восхищает то, что каким-то образом, скорее даже бессознательно, но удается сохранить хоть чуть-чуть самоидентичность. Это я стремлюсь показать в своем творчестве, и эти понятия не связаны только с ДНК и кодами Азербайджана. Успешными считаю свои наработки в фотографии с архитектурой и ландшафтами на примере Санкт-Петербурга и Карельского перешейка.

- Вы говорите о ковре как о «мертвом языке». Есть ли у нас шанс вернуть это знание в современный визуальный контекст?

- Да, к сожалению, мы же разучились пользоваться, ковровым языком и, повторяюсь, это пагубно отразилось на нашей визуальной культуре и ее ценностях. Я совершенно не первопроходец в этой области. До меня есть Сиявуш Аслан, Эльчин Шамилли, которые изучают ковер и проблематику, связанную с его возрождением, больше, чем мне лет. Я же в свою очередь через свою призму взглядов и, хоть еще небольшой опыт, говорю, рассказываю и показываю примеры, сама в свою очередь внедряю в свое творчество то, что «пропагандирую».

- Какова роль фотографии в вашей художественной практике? Что она дает вам как исследователю визуального и эмоционального?

- К фотографии у меня особенное отношение. Я фотографирую осознанно лет с семи-восьми пленочным фотоаппаратом, на десятилетие родители подарили мне уже цифровой фотоаппарат. Я до сих пор его храню. Это один из основных моих инструментов, как в архитектуре, так и в художественной практике. Это про увидеть, запечатлеть и последующий анализ. Для меня не важно всегда поймать пресловутый удачный кадр, через фотографию я изучаю геометрию окружающего меня мира, форму предметов, свет и тень, композицию, созданную ненароком рукой человека или природой. И, конечно, же эмоции.

- Каковы ваши ближайшие творческие и исследовательские планы? Есть ли темы, к которым вы только подходите, но уже чувствуете их силу?

- Я уже больше года в активной исследовательской позиции, как архитектор, дизайнер и художник. До этого был необходимый период практического опыта. Я сейчас на пути изучения исторического пласта архитектуры Азербайджана. Делаю определенные шаги в этом направлении, на данный период мне это интересно, в дальнейшем возможно это наберет серьезные профессиональные обороты. Такое исследовательское направление несколько неожиданно для меня самой в первую очередь, поэтому не загадываю далеко в будущее. В творчестве все более стабильно и последовательно, за последние годы я работала над своим “artist statement”, и это дало свои первые плоды в виде персональной выставки «Приходи. Покажу вечную сказку» в апреле 2024 года, буду развивать эту тему и дальше. И, конечно, планирую продолжать изучать тюркский ковер и его историю. Это база на долгие годы вперед.