Эльмира Ахундова

Мне довелось познакомиться с этим замечательным человеком в начале 90-х годов прошлого века. И не просто познакомиться, а проработать вместе несколько лет в Совете Министров Азербайджана. Рафик Халафов возглавлял тогда в Совмине один из отделов, а я, будучи собкором «Литературной газеты», работала по совместительству в тамошней пресс-службе. Мы нередко сталкивались в служебных коридорах, обменивались впечатлениями о нелегкой ситуации, в которой оказалась тогда наша республика, и все чаще ощущали друг в друге единомышленников, понимавших, что конец политическому, экономическому и нравственному беспределу начала 90-х в состоянии положить лишь один человек - Гейдар Алиев. Я не знала тогда, что Рафик Халафов является родственником Гейдара Алиевича, супругом его младшей сестры Рафиги ханум. Ни до, ни после прихода Г.Алиева к руководству страной он не афишировал эту близость, не кичился своим родством с первым лицом республики, напротив, единственной привилегией этого родства было чувство величайшей ответственности, с каким Рафик муаллим относился к тем сферам деятельности, которые в разные годы доверял ему Гейдар Алиев.

Судьба три раза испытывала Рафика Халафова на крутых виражах и, надо отметить, что он всякий раз выходил из этих испытаний с честью.

… Окончив в 1962 году Азполитех по специальности инженер-строитель, Рафик Расулович на долгие годы связал свою жизнь с нефтяной отраслью: работал на различных должностях в «Азморнефтестрое», руководил строительными работами на вновь разведанных нефтяных месторождениях Сирийской Арабской Республики. В середине 70-х Рафик Расулович был назначен заместителем гендиректора ПО «Каспморнефть», а затем заместителем генерального директора Всесоюзного производственного объединения «Каспморнефтегазстрой». Это были годы, когда реализовывалась новая нефтяная стратегия Гейдара Алиева, и на повестке дня стоял вопрос разработки морских месторождений, прежде всего, месторождения «Гюнешли». За изобретение установки-укладчика подводного трубопровода, доставляющего на сушу нефть, извлекаемую из морских глубин, Рафику Халафову было вручено авторское свидетельство за номером 769171. Одним словом, к работе своей он прикипел всей душой и менять ее профиль отнюдь не собирался. Однако человек предполагает, а судьба располагает. В 1979 году судьба Рафика Расуловича совершила очередной крутой вираж. Гейдар Алиев, неожиданно для многих, назначает его министром строительства и эксплуатации всех автомобильных дорог Азербайджана (тогда это ведомство обозначалось аббревиатурой ГУШОСДОР). Почему именно его, спрашиваю я у дочерей Рафика Расуловича, которые с удовольствием согласились прояснить некоторые моменты биографии своего отца. В дальнейшем по ходу очерка мы будем не раз возвращаться к их воспоминаниям.

Севиндж Халафова: - Обычно, когда Гейдар Алиевич представлял кого-то на важный пост, он обстоятельно беседовал с этим человеком. А так как папа был родственником, все это происходило в домашней обстановке. Папа рассказывал, что наказ Гейдара Алиева прозвучал словно девиз: «Там не все хорошо, в этой отрасли накопились серьезные проблемы, а ведь это стратегическая отрасль, я тебя туда направляю, иди и исправляй ситуацию».

Без ложной скромности, но в самые стратегические точки экономики Азербайджана Гейдар Алиевич направлял папу, и папа поднимал эти отрасли.

Фахрия Халафова: - Естественно, ведь и Гейдар Алиевич был большим профессионалом, поэтому, когда он формулировал задачи, то хотел видеть их конкретное воплощение на стратегически важных объектах. А на папу выбор падал прежде всего потому, что он обладал качествами человека, который выполняет любую порученную ему работу на все 100 процентов.

Севиндж Халафова: - Когда мы выезжали отдыхать за пределы республики, он внимательно изучал тамошние дороги. Помню, мы поехали в Прибалтику, которая тогда для СССР была как бы аванпостом Европы, и папа изучал опыт Прибалтийских стран, все эти разделительные полосы с отражающим покрытием, бетонные покрытия. Он все говорил: «Это обязательно надо применить в Азербайджане». То есть, он работал даже на отдыхе.

Фахрия Халафова: - Когда мы ездили в отпуск, естественно, его встречали коллеги, министры тех или иных республик, и встречи эти были очень теплые. Тогда мы убедились, что он не только в своей республике пользовался популярностью и уважением. У него был имидж востребованного человека.

Одно сухое протокольное перечисление всего, чего удалось достичь Рафику Халафову за 10 лет руководства отраслью, заняло бы несколько страниц - это и реконструкция, и удлинение магистральных дорог, и возведение мостов, и строительство специализированных заводов, домов отдыха для работников отрасли. В те годы благодаря поддержке Гейдара Алиева удалось принять масштабную долгосрочную программу «О перспективах развития системы шоссейных дорог в Азербайджане на период с 1981 по 2000 годы» и, заметим, многие важные положения этой программы были претворены в жизнь в период руководства отраслью Рафиком Халафовым. Но пожалуй, главное достижение Халафова - это взращенный им кадровый потенциал, который является той основой, на которой и сегодня строят свою работу сотрудники концерна «Азеравтойолсервис» во главе с его президентом, верным учеником Рафика Расуловича Джавидом Гурбановым.

…Несмотря на очевидные успехи отрасли, в 1989 году Рафика Халафова освободили от занимаемой должности со стандартной формулировкой «по собственному желанию». Хотя истинная причина была, конечно, в другом. В то время пресловутая горбачевская перестройка трещала по всем швам, и генсеку СССР позарез понадобились «враги», на которых можно было навесить всех собак. Одна из первых очернительных кампаний началась в отношении бывшего члена Политбюро ЦК КПСС Гейдара Алирза оглы Алиева. Естественно, досталось и его родным в Азербайджане. Их всех освободили от занимаемых должностей, поснимали с работы, отстранили от преподавательской деятельности. Поистине, подобной иезуитской жестокости не было даже в период великих сталинских «чисток». Пытались чинить препоны и талантливым дочерям Рафика Халафова.

Севиндж Халафова. - Я как раз окончила институт, у меня была Ленинская стипендия, красный диплом, а меня не принимают в аспирантуру. Ректор мне говорит: «На вас тяжелый камень». Если бы мне разрешили остаться в университете, то у меня уже на 70% работа была готова. Моя дипломная работа - я химик - была очень обширной. Можно было немного дополнить ее, и получилась бы кандидатская. Но меня в БДУ не оставили. И заведующий лабораторией прямо заявил: «У меня для вас темы нет». А ведь это был человек, который в свое время работал с мамой, прекрасно знал ее. К тому же и я была не каким-то неучем. Тогда я пошла в совершенно другую лабораторию, к незнакомому человеку. Это была лаборатория «Общей неорганической химии» в Академии наук. Завлаб сказал, что с удовольствием возьмет меня на работу. То есть нашлись люди честные, порядочные. Я поступила в аспирантуру по совершенно другой отрасли. Все пришлось начинать с нуля, но я ни о чем не жалею…

Фахрия Халафова. - Помню, как я буквально отстаивала красный диплом, зубря предметы. Я знала, что мне преднамеренно поставят «тройку», поэтому я зубрила, а затем принципиально шла первая и отвечала. Мне было бы не по себе, если б мне поставили «четверку».

Потом и в аспирантуру было сложно поступить. Я поступила в заочную аспирантуру. Просто иного выхода не было. И в Академию наук меня никто не брал. Покойная свекровь сообщила, что есть место в лаборатории Института физиологии, которая занимается нейрофизиологией головного мозга человека. Просто туда никто идти не хочет, настолько там сложно. И я пошла осваивать нейрофизиологию.

Рафик Расулович в тот непростой для семьи период тоже не сидел без дела, он был, например, одним из тех, кто создавал компанию «ЛУКОЙЛ-Азербайджан». Вскоре его пригласили в Совет Министров, заведующим отделом административных органов. У него вновь появилась служебная машина, доступ к правительственному телефону, он был вхож к премьер-министру. Упоминаю об этих привилегиях лишь для того, чтобы читатели поняли: мой герой рисковал лишиться всего этого, так как в тот период активно содействовал возвращению Гейдара Алиева в Азербайджан.

Дочери Рафика Расуловича вспоминают, что в те летние дни 1990 года их отец и несколько близких Гейдару Алиеву человек не раз собирались на квартире академика Джалала Алиева, которая стала своеобразным штабом, и обсуждали организацию встречи Гейдара Алиевича. Эти люди взяли на себя большую ответственность, они отвечали за выдающуюся историческую личность, чей приезд они пообещали обеспечить технически. О собственной безопасности никто тогда не думал, потому что обеспечить ее все равно было некому. Единственным на тот период, у кого был доступ к правительственным телефонам, являлся Рафик Халафов. Накануне возвращения Г.Алиева он несколько раз звонил «наверх», убеждая организовать достойную встречу бывшего руководителя республики или хотя бы не мешать ей, в частности, предоставить люксовую машину для встречи. Безрезультатно - все отошли в сторону. А когда Рафик Халафов и группа встречающих Гейдара Алиева людей 20 июля приехали в аэропорт Бина, они столкнулись с большой и агрессивно настроенной толпой сторонников Аяза Муталлибова, которых специально привезли сюда, поставив перед ним четкую задачу: любыми средствами воспрепятствовать возвращению Гейдара Алиева на родную землю. Лишь находчивость и изобретательность, проявленные родными Гейдара Алиевича, помогли избежать трагического столкновения.

Фахрия Халафова. - Особая ответственность лежала на отце, потому что, с одной стороны, он был родственником Гейдара Алиевича и в то же время находился на серьезной государственной должности. Он понимал, что если произойдет какой-нибудь форс-мажор, спрос в первую очередь будет с него. Могло ведь случиться все, что угодно.

…Третий крутой вираж в судьбе Рафика Халафова произошел в 1993 году с приходом Гейдара Алиева к власти. Президент вызвал Рафика Расуловича и поставил перед ним новую задачу: возглавить вновь созданный Государственный концерн «Товары для народа», или, если называть вещи своими именами, стать министром легкой промышленности. И я вновь обращаюсь за помощью к сестрам Халафовым: почему именно это, опять неожиданное для многих, назначение?

Фахрия Халафова. - Этот концерн был призван обеспечить нужды создававшихся тогда Вооруженных сил Азербайджана. Здесь была своя концепция. Надо было очень быстро мобилизовать все внутренние ресурсы, чтобы одеть, обуть практически голодную армию. И отец справился с этой задачей! Дело в том, что это был один из немногих реально работающих концернов, который приносил в бюджет солидные доходы. Заработали фабрики, причем почти все работали на военные нужды. Вы представьте себе армию того периода. А отец за первые два года оснастил армию натовской формой.

Севиндж Халафова. - Он почти не бывал дома, работал по 16 часов в сутки. Конечно, на первых порах ему пришлось нелегко, тем более это была неизвестная ему сфера. Отец позже понял суть этого назначения. Главным было поднять армию. Это было не просто министерство легкой промышленности. Надо было обеспечивать потребности армии.

Фахрия Халафова. - Папа сопровождал Гейдара Алиевича в Китай, это была одна из первых зарубежных поездок президента. Отцу удалось тогда получить у китайцев большой заказ на пошив одежды. У китайцев было эмбарго на экспорт в несколько стран. Поэтому они разместили заказ здесь, и он шел под маркой «Made in Azerbaycan». То есть одежда импортировалась как наша собственная продукция. Тут пошли такие инвестиции! Прошло столько лет, много ли одежды выпускается сегодня под грифом Азербайджана? Этого надо было добиться. У концерна и потом было много приоритетных направлений с Китаем. И это дало возможность открыть новые рабочие места. Все фабрики концерна тогда получали стабильную зарплату, много домов построили для работников легкой промышленности, пошли солидные средства в государственный бюджет.

Я хорошо помню, как в этот период в различных газетах («Карабах», «Азербайджан» и др.) появилось несколько интервью с Рафиком Халафовым. Вообще-то он сторонился общения с прессой, а тут его словно прорвало. В этих концептуальных, я бы даже сказала, программных интервью он очень четко и принципиально сформулировал ряд важных задач, которые следовало решать на тот момент. Причем, его мысли и рассуждения не потеряли актуальности и по сию пору. Например, размышления о механизмах приватизации (Рафик Расулович был одним из тех, кто занимался практической реализацией программы перевода народного хозяйства на рельсы рыночной экономики), о необходимости иметь сильную экономику, если государство стремится проводить сильную, независимую политику, о диктатуре закона, о путях урегулирования карабахского конфликта, об отношениях религии и государства, интеллигенции и власти, наконец, о необходимости формирования национальной идеологии как самой верной основы национальной солидарности и единства. Это были мысли зрелого политика, государственного мужа, истинного ученика и последователя школы управления Гейдара Алиева. Не случайно после расформирования концерна «Товары для народа» в 1997 году господин президент назначил Рафика Халафова вице-премьером в правительстве Азербайджана с самым широким кругом полномочий. К сожалению, внезапный безвременный уход Рафика Расуловича из жизни в октябре 1998 года положил конец его блистательной карьере. Рафику Халафову исполнилось тогда всего 59 лет, и это была поистине невосполнимая утрата для кадрового потенциала молодой независимой республики.

* * *

Все, кому довелось знать и общаться с Рафиком Халафовым, отмечают его необычайную эрудированность. Он много читал, был глубоко знаком с историей собственной страны, с трудами известных философов, психологов, обожал жанр политических мемуаров. И еще Рафик Расулович занимался творчеством, из-под его пера выходили и стихи, и проза, и мудрые философские изречения. Но он был человеком очень скромным, я бы даже сказала, стеснительным. Поэтому ни стихи, ни проза так и не дошли до читателей в виде полноценной книги. Однажды у Рафика Расуловича спросили, почему он не стремится напечатать свои произведения. Он ответил: «Это было очень давно, еще в молодости. Встретившись с одним из известных наших писателей, я показал ему свою повесть, написанную в жанре детектива. Дней через 10-15 он сказал, что может ее опубликовать при условии, если под повестью появятся две подписи. С тех пор я отдаю предпочтение хранить написанное в письменном столе».

Впрочем, однажды друзья, в числе которых был выдающийся азербайджанский поэт-трибун Халил Рза Улутюрк, уговорили его издать книгу под названием «Я верю, наступит день…». Книга, увидевшая свет в 1995 году, вместила в себя несколько знаменитых интервью Рафика Халафова, многочисленные отклики на эти интервью и ряд его мудрых философских изречений. Последние лично у меня вызвали особый интерес. В завершение очерка хочется привести несколько цитат из творческого наследия Рафика Атеша:

«Самый большой демократ - это тот, кто поступает в соответствии с законом».

«Если бы дело спорилось разговорами, то благополучнее государства, чем Азербайджан, не было бы на всем белом свете».

«Я всегда упрямо уклонялся от восхваления кого-то или чего-то. Причина заключается в том, что излишнее восхваление хорошего дела может возыметь обратный эффект. А вот критиковать плохое, указывать путь - первая ступень к прогрессу».

«Политическое соперничество не должно перерастать в политическую вражду. Это не по-мужски».

«Самая большая ценность страны - это ее граждане. Их физическое и нравственное здоровье - самая важная и неотложная задача. Поэтому в первую очередь надо заниматься здравоохранением и просвещением».

«Я бы хотел видеть свою нацию не нищей, а богатой, не принимающей, а раздающей пожертвования, не безграмотной, а ученой, не бесчестной, а достойной и, наконец, способной собственными силами защитить и отстоять свою независимость. Мало мечтать об этом, стать шехидом на этом пути - большое счастье».

Сегодня многое из того, о чем мечтал Рафик Халафов, стало реальностью. Мы живем в благополучной, преуспевающей, уверенно проводящей независимую внешнюю и внутреннюю политику стране. Огромная заслуга в этом принадлежит первостроителям нашей государственности, в числе которых был Рафик Халафов. Это, пожалуй, главный оптимистический итог и сокровенный смысл его короткой, даже по земным меркам, жизни.

######