Баку, 8 октября, АЗЕРТАДЖ

Фернандо Алонсо о возвращении в Формулу 1 после двухлетнего перерыва, умении прогнозировать развитие событий в гонке, и ожиданиях от перемен в регламенте, передает АЗЕРТАДЖ со ссыолкой на F1News.

-Сезон оправдывает ваши ожидания? Что было хорошего, а что плохого?

Примерно этого я и ждал. Я знал, с какими сложностями могу столкнуться - это было видно на примере Михаэля Шумахера, который тоже возвращался в Формулу 1. За это время я пилотировал много разных машин - и не знал, чего ждать от Формулы 1.

Я должен был постоянно добиваться высоких результатов - от меня многого ждут. Если я выступаю на одном уровне с напарником, обычно это воспринимается как неудача. И все же я доволен своим возвращением. Мне было сложно физически и психологически адаптироваться к этим машинам. За двухлетний перерыв мышцы шеи отвыкли от такой нагрузки, да и мне уже не 20 лет.

-Вы довольны результатами?

Моя цель - быть конкурентоспособным и побеждать. Я не могу довольствоваться седьмым или восьмым местом. Я многого жду от следующего сезона. Но McLaren, Ferrari и многие другие команды тоже возлагают на него большие надежды. Цель моего возвращения в Формулу 1 пока не достигнута, но мы с этим работаем.

-У Alpine F1 уже есть одна победа - Эстебан Окон выиграл гонку в Венгрии. Своим успехом он во многом обязан тому, что вы так долго сдерживали Хэмилтона...

Я рад, эта победа поддержит боевой дух команды. Мы доказали, что способны бороться в группе лидеров, если позволяет машина. У нас была верная стратегия, мы здорово сработали на пит-стопах. Это хорошая проверка на умение справляться с прессингом.

Моя роль - всех мотивировать, на основе своего опыта указывать области, в которых мы можем добиться прогресса. Мы должны создать команду, способную завоевать титул. Второй момент - работа на базе, но на это я не всегда могу повлиять. От наших конструкторов зависит, каких результатов мы добьемся в аэродинамической трубе - и на трассе.

-Вы упомянули Шумахера. Когда он вернулся в спорт, многие говорили, что он не так хорош, как раньше. А вы?

Пожалуй, я столь же хорош, как и прежде, или, возможно немного хуже, чем в 2018-м. Я не на 100% доволен своими выступлениями, особенно в квалификациях. Не всегда удается заставить шины работать. Если немного иначе проехать круг выезда из боксов или попасть в трафик, то в начале быстрого круга поведение резины меняется. Я еще не до конца в этом разобрался. Пожалуй, я работаю на 95%.

-Ваши коллеги говорят, что у вас особенный стиль пилотирования, а операционный директор Alpine F1 Алан Пермейн утверждает, что у вас вообще нет определенного стиля - вы можете адаптироваться к любой машине, будь то IndyCar, Ле-Ман или Формула 1. Кто прав?

Я думаю, Алан. У меня нет характерного стиля. Когда все работает идеально, я пилотирую агрессивно. Мне нравится, когда задняя часть машины хорошо держит трассу. Если это не так, я адаптируюсь.

В гонке поведение машины постоянно меняется. Мы стартуем с полными баками, а финишируем с пустыми. Сначала у нас свежие шины, затем они изнашиваются. Каждая гонка состоит из нескольких фаз, и там нужны разные стили пилотирования. Возможно, в этом моя сильная сторона.

-К чему вам пришлось привыкать?

К усилителю руля - к той информации, что я получаю от руля. У каждой команды своя философия в разработке геометрии подвески и разный уровень жесткости сервопривода. На прошлогодних тестах в Renault и в начале этого года в Alpine F1 мне это казалось очень странным, и меня это не устраивало до Гран При Азербайджана. Надо было кое-что скорректировать.

-Вы не участвовали в создании машины этого года, и поэтому сейчас работаете только на 95%? Сможете ли вы прибавить в 2022-м, благодаря активному участию в работе с новой машиной?

Думаю, да. Отчасти эта работа на 95% объясняется тем количеством времени, когда я не тренировался. Я пропустил два сезона, а за это время шины дорабатывались. Во-вторых, дело в нехватке доверия к той обратной связи, которую я получаю от руля.

После Баку ситуация наладилась, но это все равно не так, как я сделал бы, если бы с самого начала участвовал в разработке машины. Я просто немного скорректировал этот момент. Надеюсь, в следующем году в этом плане всё будет лучше. Кроме того, машины изменятся. Возможно, всем гонщикам придётся корректировать свой стиль пилотирования, а я надеюсь этим воспользоваться.

-В следующем году все в большей степени будет зависеть от гонщиков?

Я так не думаю. Команды сообщают, что они каждую неделю усердно работают с машиной: находят альтернативные пути доработки машины, обнаруживают что-то новое, что не могли спрогнозировать раньше. Все вызывает вопросы.

Сейчас гонщики не так многое могут посоветовать. Даже инженеры точно не знают, в каком направлении надо двигаться. Они его ищут. Гонщикам важны первые три месяца: надо будет больше работать на симуляторе, чаще приезжать на базу. В целом у нас будет больше дел, чем в обычное межсезонье, ведь для всех все будет в новинку.

-Вам помогло то, что вы некоторое время следили за Формулой 1 со стороны?

Да. Я по-другому взглянул на Формулу 1 и теперь лучше понимаю этот спорт. Маркетинговая составляющая, PR, болельщики - работа вне трассы играет важную роль. Раньше мне казалось, что это пустая трата времени. Когда пилотируешь машины в разных чемпионатах, меняешь стиль пилотирования, работаешь с командами, у каждой из которых свой взгляд на вещи - все это позволяет по-другому на многое взглянуть.

-Как вы смотрели гонки: расслабившись на диване или отслеживая результаты гонщиков по таймингу?

Я расслаблялся. Я смотрел первые несколько минут тренировок, когда машины ездили с пустыми баками, а после заправки выключал телевизор. Не скажу, что я глубоко погружался в происходящее.

-Никому не удается так понимать ход гонки, как вам. Как вы этому научились?

Я мог бы сказать, что важную роль играет опыт, но это было бы неправильно. В 2003 или 2004-м я вел себя так же, и так же прогнозировал ход гонки. Конечно, мне очень помог картинг - он позволяет развить инстинкты. Там приходится мириться с тем, что у тебя никогда не будет лучшего карта. У моей семьи был скромный достаток, и надо было все сделать идеально, чтобы быть конкурентоспособным - это с раннего детства сформировало у меня несколько способностей.

-В Сильверстоуне вы специально ехали в группе машин, чтобы использовать DRS и защититься от Серхио Переса. Как вы догадались, что происходило так далеко позади?

Я это видел на экранах на трассе, а команда давала мне дополнительную информацию: «Перес приближается, его темп на две секунды быстрее». Я чувствовал, что Aston Martin позади меня не хватало скорости, чтобы меня обогнать - это была лучшая защита. Но это не всегда работает. Иногда делаешь то же самое, а в итоге теряешь две позиции, а не одну, потому что слишком умничал.

-В Зандфорте вы специально снизили темп, чтобы поберечь шины. Откуда такое стремление ехать медленнее, чем позволяет машина?

Дело в прежних неудачах. Раньше я слишком сильно нагружал резину, а в итоге приходилось совершать два пит-стопа вместо одного. Это жестокий урок, который запоминаешь и затем используешь.

В Зандфорте был странный уик-энд, ведь никто ничего не знал о трассе или о поведении резины. У нас не было информации о предыдущих гонках. Перед стартом мы прогнозировали, что опередим Джовинацци и все. По нашим расчетам, Ferrari, McLaren, Red Bull и Mercedes были слишком далеко. Я быстро обогнал Антонио - на тот момент это была наша главная цель. После этого я просто контролировал ход гонки, как это иногда бывает в Монако. В напряженные моменты нужны спокойствие и дисциплина.

-В Италии вы сказали, что ваша машина занимает седьмое место по скорости, но ваша команда - лучшая...

Очевидно, что темп Гасли на AlphaTauri был выше нашего. Пожалуй, он был быстрее Ferrari. Мы немного уступаем в скорости Aston Martin, но все зависит от трассы. Таким образом, мы занимаем шестое или седьмое место по скорости, но все равно стабильно зарабатываем очки. Это может означать только одно - что в гонках наша команда работает на отлично. Мы хорошо готовимся и не ошибаемся - ни гонщики, ни специалисты по стратегии, когда выбирают шины и время пит-стопов.

Последние четыре или пять лет работы с недостаточно конкурентоспособной машиной многому научили команду. Сложности помогают быстрее повзрослеть. Надеюсь, в следующем году у команды получится быстрая машина - это единственное, чего нам не хватает.

-Почему вы уверены, что добьетесь успеха?

Я не рассматриваю возраст как ограничивающий фактор. В этом спорте важны только результаты на круге. Если бы я вернулся в Формулу 1 и проигрывал полсекунды или секунду Эстебану, то, возможно, меня сочли бы мечтателем, который хочет еще один титул. Но мне кажется, я не уступаю в скорости остальным гонщикам. Уверен, что когда получу конкурентоспособную машину, я смогу использовать свой талант, чтобы побороться за титул.

Я знаю, что возраст - это проблема. Когда Кими завершит карьеру, я стану самым старым гонщиком в пелотоне, и в каждой гонке я буду устанавливать новый рекорд по возрасту. Но я этого не ощущаю. Секундомер или моя мотивация подскажут, когда завершать карьеру. Так было два года назад - я понял, что у меня пропала мотивация. Тогда я не был самым старым. Я не хотел продолжать гоняться в Формуле 1, потому что у меня было много планов, но только не Формула 1. Например, Ле-Ман. Но сейчас ситуация изменилась. Я снова мотивирован и думаю только о Формуле 1.

-Вы вернулись бы в Формулу 1, если бы не новый регламент?

Нет.