Баку, 15 января, Тамилла Мамедова, АЗЕРТАДЖ

АЗЕРТАДЖ представляет эксклюзивное интервью с экспертом по Кавказу и Ближнему Востоку, доктором Дюнья Башолом.

- Д-р Башол, как вы оцениваете роль Азербайджана в укреплении стабильности на Южном Кавказе после Второй Карабахской войны? Какие положительные примеры взаимодействия с соседними странами вы могли бы выделить?

- Наиболее значительным вкладом Азербайджана стало демонстрирование того, что так называемые «замороженные конфликты» могут быть разрешены посредством решительных действий в эпоху, когда крупные державы все менее готовы или способны поддерживать статус-кво. В течение трех десятилетий карабахский конфликт находился в самом центре проблем Южного Кавказа, сдерживая крупные инфраструктурные инвестиции и блокируя региональные торговые маршруты из-за постоянных ожиданий возобновления боевых действий.

С завершением Второй Карабахской войны и восстановлением Азербайджаном контроля над своей международно признанной территорией условия для долгосрочной стабильности существенно улучшились. Последующие дипломатические процессы, главным образом при ведущей роли США, создали рамки для нормализации отношений во всем регионе.

Что касается положительных примеров взаимодействия, можно указать на несколько направлений. Газовый интерконнектор Нахчыван-Турция углубил энергетическое сотрудничество. Обсуждения Зангезурского коридора, несмотря на продолжающиеся переговоры о его конкретных условиях, свидетельствуют о признании всеми сторонами того, что развитие транспортной связности приносит выгоду всем участникам. Армения и Азербайджан добились постепенного прогресса в вопросе делимитации границы, а трехсторонние форматы с участием Турции, Азербайджана и Грузии продолжают способствовать региональной интеграции.

Разумеется, остаются и вызовы. Переговоры по мирному договору не завершены, а взаимное доверие по-прежнему остается хрупким, однако фундаментальное препятствие, которое парализовало регион на протяжении десятилетий, было устранено, открыв возможности для свободной торговли и международных инвестиций, которые ранее были немыслимы.

- В прошлом году Азербайджан и Армения предприняли значимые шаги на пути к нормализации отношений, включая парафирование мирного соглашения на саммите в Вашингтоне и заявление о разблокировании коммуникаций. Как вы оцениваете значение этих достижений для долгосрочного мира в регионе?

- Парафирование мирного соглашения в США и заявление о разблокировании коммуникаций представляют собой качественный сдвиг - переход от управления конфликтом к подлинной нормализации отношений. Главным бенефициаром этих процессов является Азербайджан и устойчивый мир создает выигрышные условия для всего региона.

На протяжении трех десятилетий обе страны несли огромные издержки. Армения сталкивалась с нарастающей дипломатической изоляцией и экономической стагнацией, в то время, как Азербайджан был вынужден направлять несоразмерно большие ресурсы на освобождение своих территорий. Теперь, когда эта глава закрыта, обе стороны могут перенаправить усилия на развитие. Армения получает доступ к турецким рынкам, потенциальное сокращение военных расходов и возрождение железнодорожных связей через Нахчыван, что способно кардинально изменить ее экономическую географию. Азербайджан, в свою очередь, получает безопасные границы и возможность полноценно задействовать как восточно-западные, так и северо-южные международные торговые и энергетические коридоры.

Я также отметил бы, что ликвидация Минской группы ОБСЕ и связанных с ней институтов в перспективе может оказаться полезной. На протяжении десятилетий формат сопредседательства с конкурирующими французскими, российскими и американскими повестками скорее поддерживал неопределенность, чем способствовал разрешению конфликта. Консенсусный характер работы группы делал принятие решительных мер невозможным, фактически замораживая конфликт вместо его решения. Теперь, когда региональные акторы взаимодействуют напрямую и в двусторонних форматах, появляется больше ответственности за мирный процесс и меньше пространства для внешних держав использовать кавказские споры в собственных стратегических целях.

- Проект Trump Route и другие инициативы в сфере транзитных и транспортных коридоров открывают новые возможности для регионального сотрудничества. Как эти проекты отражают геополитическую роль Азербайджана после войны?

- Проект Trump Route демонстрирует предпочтение Азербайджана кооперативных решений вместо принуждения. Несмотря на достижение военного и политического превосходства, Баку предпочел принять американское посредничество, а не навязывать коридор силовым путем.

Помимо Trump Route, Азербайджан позиционировал себя на пересечении сразу нескольких коридорных инициатив. Средний коридор, или Транскаспийский маршрут, получил значительный импульс как альтернатива российскому транзиту после войны в Украине, при этом азербайджанские порты и железные дороги стали критически важной инфраструктурой для торговли между Европой и Китаем. Потенциальный Зангезурский коридор может соединить материковую часть Азербайджана с Нахчываном и далее с Турцией. Север-Юг, связывающий Россию с Ираном через территорию Азербайджана, добавляет еще одно измерение. В совокупности эти проекты превращают Азербайджан из регионального игрока в незаменимый транзитный узел, а тот, кто контролирует такую точку пересечения, получает значительный рычаг влияния.

Это отражает более широкий паттерн азербайджанской внешней политики - способность одновременно поддерживать продуктивные отношения с конкурирующими центрами силы. Баку сохраняет тесные связи с Турцией, одновременно поддерживая рабочие отношения с Москвой. Он развивает значимое сотрудничество в сфере безопасности с Израилем, не разрывая отношений с Турцией и Ираном. Он участвует в посреднических усилиях Европейского Союза, одновременно приветствуя американские дипломатические инициативы. Вместо того, чтобы оказаться зажатым между соперничающими великими державами и быть вынужденным делать односторонний выбор, Азербайджан выстроил стратегическую автономию, обеспечив себе роль партнера, а не пешки в региональной геополитике.

- В прошлом году Азербайджан провел дипломатические консультации более чем с 50 странами. На ваш взгляд, какие направления внешнеполитического диалога сегодня являются наиболее перспективными для Баку на международной арене?

- Расширение дипломатической активности Азербайджана более чем на пятьдесят стран отражает продуманную стратегию диверсификации и я бы выделил шесть особенно перспективных направлений внешнеполитического диалога для Баку.

Во-первых и в основе всего - стратегический союз с Турцией, который остается краеугольным камнем внешней политики Азербайджана. Формула «одна нация - два государства» эволюционировала от риторического лозунга к всеобъемлющему партнерству, охватывающему оборонное сотрудничество, энергетическую интеграцию и скоординированную дипломатию. Поддержка Турции сыграла решающую роль во время Второй Карабахской войны, а последующие соглашения институционализировали эти отношения. Для Азербайджана этот союз обеспечивает гарантии безопасности, доступ к военным технологиям стандартов НАТО и выход к более широким турецким дипломатическим сетям. Этот союз также закрепляет Азербайджан в тюркском мире, где Организация тюркских государств выступает еще одной многосторонней платформой влияния.

Во-вторых, стратегическое партнерство с Израилем является одним из наиболее значимых направлений внешней политики Азербайджана. Сотрудничество в сфере обороны имеет особое значение: израильские беспилотники, высокоточные боеприпасы и системы разведки сыграли ключевую роль в военном успехе Азербайджана во время Второй Карабахской войны. Помимо обороны, отношения включают энергетическое сотрудничество - Азербайджан поставляет значительную часть нефтяного импорта Израиля, - а также обмен разведывательной информацией по вопросам, представляющим взаимный интерес. Для Азербайджана эти отношения означают доступ к передовым военным технологиям и выход к израильским дипломатическим каналам, особенно в Вашингтоне.

В-третьих, энергетическая дипломатия остается самым ценным активом Азербайджана, однако ее характер меняется. В условиях, когда европейские государства активно ищут альтернативы российскому газу, Азербайджан становится критически важным партнером не только как поставщик, но и как надежный транзитный коридор для каспийских и потенциально центральноазиатских ресурсов. Южный газовый коридор и трубопровод TAP уже существенно повысили статус Баку в европейских столицах, и существует значительный потенциал для дальнейшего углубления этих партнерств через долгосрочные контракты и совместные инфраструктурные инвестиции.

В-четвертых, дипломатия связности и транзита обладает большим потенциалом. Азербайджан находится на пересечении Среднего коридора, возможных маршрутов Север-Юг и формирующейся инициативы Trump Route. Страны от Китая до Евросоюза имеют стратегический интерес к этим транспортным сетям, что дает Баку рычаги для переговоров на выгодных условиях и позволяет позиционировать себя как незаменимый логистический узел.

Еще одним крайне важным фактором является возрастающее значение взаимодействия с Глобальным Югом. Председательство Азербайджана в Движении неприсоединения в 2019-2024 годах и его нарратив стратегической автономии находят отклик у государств Африки, Азии и Латинской Америки, ищущих модели развития, не зависящие от привязки к одному геополитическому блоку. Расширение дипломатического присутствия в этих регионах открывает новые рынки, формирует коалиции голосов в международных организациях и укрепляет образ Азербайджана как самостоятельного и независимого актора на мировой арене.

- Президент Ильхам Алиев не так давно подвел итоги внешнеполитической стратегии 2025 года, отметив значимые достижения. Какие факторы, на ваш взгляд, особенно укрепили международный имидж Азербайджана?

- Несколько взаимосвязанных факторов укрепили международный имидж Азербайджана, однако наиболее значимым из них стал фундаментальный сдвиг в том, как страна воспринимается на глобальном уровне.

То, чему мы стали свидетелями в последние годы, - это комплексный процесс «перепозиционирования», осуществленный не через PR-кампании, а посредством продемонстрированной стратегической компетентности.

Сегодня Азербайджан воспринимается как динамичная региональная держава, поддерживающая сложную сеть дипломатических отношений со всеми ключевыми глобальными и региональными акторами. Баку сохраняет тесные союзы с Турцией и Израилем, одновременно поддерживая рабочие отношения с Россией и управляя деликатными связями с Ираном. Он конструктивно взаимодействует с европейскими институтами, приветствует американские дипломатические инициативы и расширяет свое присутствие в странах Глобального Юга. Это не поведение периферийного нефтяного государства - это дипломатия уверенной «средней державы», которая умеет использовать свое географическое положение и ресурсы.

Отличительной чертой Азербайджана является тонкая калибровка этого балансирования. Вместо того, чтобы превратиться в государство-клиент одной из держав или в милитаризированное «гарнизонное» государство, Баку сделал ставку на экономическое развитие, связность и инвестиции в инфраструктуру. Акцент на коридорах, транзитных маршрутах и энергетических партнерствах отражает стратегический выбор - создавать благосостояние и взаимозависимость, а не накапливать исключительно военные возможности.

Особого внимания в этом контексте заслуживает освобождение Карабаха - не только как национальное достижение, но и как индикатор формирующегося международного порядка. Мы вступаем в эпоху, в которой классический реализм вновь утверждает себя: государства, обладающие легитимными претензиями и достаточными возможностями, могут действовать решительно, когда открывается окно возможностей. Вторая Карабахская война показала, что государства среднего масштаба, готовые инвестировать в военную модернизацию, выстраивать правильные союзы и ждать подходящего геополитического момента, способны достигать целей, которые казались недостижимыми в условиях либерального «постхолодновоенного» порядка.

Азербайджан верно распознал этот сдвиг и действовал соответственно. Он не стал ждать, пока международные институты обеспечат справедливость, а создал потенциал для защиты собственных интересов, одновременно сохранив достаточную дипломатическую гибкость, чтобы затем мирно консолидировать достигнутые результаты.

Иными словами, усиление международного имиджа Азербайджана обусловлено не каким-то одним достижением, а устойчивым паттерном поведения, демонстрирующим стратегическую зрелость: умение понимать, когда необходимо сражаться, а когда - вести переговоры; способность балансировать между конкурирующими центрами силы, не становясь зависимым ни от одного из них; и способность превращать военный успех в долгосрочные дипломатические и экономические преимущества.