Баку, 26 августа, АЗЕРТАДЖ

В интервью Auto Motor und Sport конструктор Red Bull Эдриан Ньюи говорил о машине этого сезона и переменах в регламенте в 2022-м, передает АЗЕРТАДЖ.

-В прошлом сезоне вы потратили много времени на разработку машины 2021 года. Машина Mercedes была готова гораздо раньше. Была ли эта стратегия верной?

Ответ узнаем в конце сезона. Мы хорошо начали сезон, но впереди еще долгий путь. Мы всегда стараемся максимально растянуть время разработки, чтобы увидеть больше возможностей сделать машину лучше.

-Насколько важно было протестировать прототип днища машины 2021 года на трассе уже в 2020 году?

Мы хотели избежать неприятных сюрпризов, которые возможны, если полагаться только на аэродинамическую трубу.

Аэродинамическая труба - это тоже своего рода симулятор, который имеет свои погрешности и ограничен во многих аспектах. Неудивительно, что с машинами 2022 года, которые будут совершенно другими, возникают проблемы с корреляцией данных с аэродинамической трубой.

На данный момент мы в рамках упомянутых ограничений понимаем, что происходит в аэродинамической трубе и какова ситуация в реальности. Но эта уверенность базируется на относительно стабильном регламенте последних лет, а сейчас мы выходим на неизведанную территорию.

-Когда прошлой зимой вы разрабатывали машину для 2021 года, вы были ограничены правилами омологации и впервые могли доработать лишь отдельные узлы. Можно ли сказать, что это скорее стало для вас большим вызовом, чем разочарованием?

Мы придумали новую коробку передач, которая позволила нам изменить конструкцию задней подвески, и получили достаточную свободу в этой области. Кроме того, множество небольших аэродинамических ограничений заставили заново оптимизировать работу шин.

-Сложно было выбрать узел, на доработку которого вы потратите имеющиеся токены?

У команд было очень мало времени между объявлением о введении системы токенов, до того, как мы должны были сообщить о своём выборе в FIA. В нашем случае мы использовали токен для исправления слабого места нашей машины вместо того, чтобы вечно думать о том, какие изменения помогут отыграть больше времени. Для нас решение не было сложным.

-Много говорилось о том, что регламент на аэродинамику в 2021-м негативно повлиял на машины с низким рейком. Это так?

Каждое изменение в правилах кому-то помогает, а кому-то вредит. Упрощение конструкции передних антикрыльев несколько лет назад повредило нам больше, чем некоторым нашим соперникам.

Получили ли мы преимущество? Сложно сказать. Ясно, что эти поправки принимались по иным соображениям. В процессе принятия решений в рамках технической рабочей группы никто не голосовал против, не говорил, что это поставит их в невыгодное положение.

-Современные машины имеют экстремальную геометрию подвески ради оптимальной аэродинамики. Некоторые команды даже подняли центр тяжести. Классические принципы разработки машин больше не работают?

Это началось намного раньше. Эпоха аэродинамики началась с трубок Вентури в конце 1970-х. С тех пор ее роль постоянно возрастала.

Чем лучше становилось моделирование, тем точнее можно было сопоставить преимущества и недостатки каждого решения. Скоро принципы или предпочтения конструктора перестали иметь значение. Когда аэродинамические преимущества превосходят недостатки более высокого центра тяжести, дело сделано.

-По ходу сезона было выпущено несколько технических директив. Как сильно они повлияли на Red Bull?

Возьмем заднее крыло. Правила гласят, что в машине все должно быть жестким. Все мы знаем, что это невозможно. Для проверки существуют различные тесты на изгиб, и FIA оставляет за собой право при необходимости их скорректировать.

Критерии тестирования существовали несколько лет. Ранее в этом году в Alfa Romeo спросили FIA о возможных переменах. Тогда ответ был отрицательным, но перемены все же произошли.

Проблема не в том, что это влияет на время на круге. Это мелочи. Хуже, что это сказывается на стоимости и времени, необходимом для разработки крыла. У нас было всего две недели.

-Что изменилось для вас с появлением ограничений бюджета?

Если ограничения удастся контролировать и они будут равными для всех, у меня с этим нет проблем. Но я вижу несколько «серых зон», что меня беспокоит. Как инженеру, мне нравится творчески подходить к доступным мне инструментам. Если их станет меньше, нет проблем.

Думаю, было бы лучше ограничить возможность доработки. Сегодня почти все определяется аэродинамикой. Если ограничить возможности работы в аэродинамической трубе или на компьютерах CFD, командам не придётся нанимать множество инженеров, снизится нагрузка на конструкторское бюро и производственный отдел. Затем можно ввести систему токенов, чтобы ограничить количество изменений. Думаю, такой подход более эффективен. Но, как я уже сказал - я могу жить с ограничением бюджета, если оно одинаковое для всех.

-Насколько велики перемены в регламенте в 2022-м по сравнению с изменениями в 1998, 2009 или 2014-м?

Для меня это самые серьезные перемены в правилах с тех пор, как в в 1983 году было запрещено использовать эффект Вентури и появилось плоское днище. В 2022-м изменится все, кроме силовой установки.

Это не значит, что все то, чему мы научились за последние годы или в этом сезоне, не будет иметь значения, но мы вступаем в совершенно новый мир.

В последние годы результаты становились все плотнее, но высока вероятность, что в 2022-м мы вновь увидим большую разницу в результатах. Некоторые люди интерпретируют правила лучше, чем другие. Нужно дать новым правилам чуть больше времени, чтобы их оценить. И хотя ни разу прежде к переменам в правилах не готовились так серьезно, я не уверен, что они достигнут поставленной цели.

-При смене регламента вам часто удавалось получить преимущество, но на этот раз вас загнали в очень узкие рамки. Сможете ли вы выиграть и при этих ограничениях?

Сначала я был разочарован, по мере знакомства с правилами стало интереснее. Тем не менее, я считаю неправильным делить машину на все большее и большее число узлов, каждый жестко ограничивая регламентом. Я за противоположный вариант - больше свободы, но меньше возможностей для развития.

-Вы в этом бизнесе уже сорок лет. Как долго вы будете заниматься этой работой?

Я все время спрашиваю себя об этом. Если бы 10 или 15 лет назад вы спросили меня, буду ли я заниматься этим сегодня, ответ был бы отрицательным. Но я и сейчас здесь.

Я провожу меньше часов в офисе, чем прежде, стараюсь больше времени уделять жизни за пределами Формулы 1. У меня есть и параллельные проекты, как Aston Martin Valkyrie, но пока я не могу о них говорить. Мне нравится заниматься конструированием, вместе с коллегами и гонщиками работать с машиной.

Мне повезло, по ходу карьеры сконструировать самые разные машины. Я всегда сохранял верность этой страсти. Я никогда не хотел стать руководителем команды. Да, я давно этим занимаюсь, но я знаю, что мне будет скучно весь день сидеть дома или ухаживать за своим садом. Мне нужно что-то, что меня стимулирует.