Москва, 6 февраля, АЗЕРТАДЖ

О нынешней ситуации на Ближнем Востоке и ее влиянии на мировые рынки нефти и газа, а также об отношениях Азербайджана со странами данного региона в интервью АЗЕРТАДЖ рассказал Мурад Садыгзаде - президент Центра ближневосточных исследований (Москва, РФ), приглашенный преподаватель Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (НИУ ВШЭ), Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ (РАНХиГС) и Московского государственного института международных отношений, автор Telegram-канала «Восточный караул», эксперт по Ближнему Востоку и консультант частных и государственных структур.

- Каковы на сегодняшний день основные вызовы, стоящие перед Ближним Востоком?

- На мой взгляд, этих вызовов несколько. Во-первых, это геополитические риски, связанные с трансформацией мирового порядка и изменением баланса сил как на глобальной, так и на региональной арене. Страны региона оказались в неоднозначной ситуации, когда им приходится балансировать между мировыми центрами силы. Неоднозначность заключается в том, что, с одной стороны, они зависят от западных стран в сфере финансов, торговли, технологий и безопасности, а с другой - государства региона в историческим разрезе сталкивались с разрушительным влиянием западного колониализма в прошлом и деструктивной гегемонией Вашингтона и союзников в последние десятилетия. Во-вторых, это противоречия между региональными игроками в лице Саудовской Аравии, ОАЭ, Катара, Ирана, Израиля и Турции. Стремление региональных акторов к экспансии своих интересов в регионе вкупе с интересами глобальных игроков приводит к разжиганию прокси-войн по всему периметру Ближнего Востока. В-третьих, это нерешенность этно-конфессиональных противоречий в регионе, в частности основной конфликт - это почти уже вековое противостояние между палестинцами и израильтянами, который сегодня снова перевернул с ног на голову весь регион. В-четвертых, это, безусловно, социально-экономические проблемы в большинстве стран региона, которые усугубляются из-за противостояния держав-гегемонов, высокой конфликтности и неэффективной государственной экономической политики.

- Как изменился баланс сил в регионе за последние годы? Кто сейчас играет ключевые роли?

- После событий 7 октября 2023 года регион начал трансформироваться и пошатнулся баланс сил. К 2020 году снизился потенциал противостояния основных региональных игроков, обострившийся после событий «арабской весны» в 2010-2011 годах, были заключены исторические «Аврамические соглашения», которые давали надежду на то, что будет нормализация отношений между Израилем и арабскими государствами, параллельно Турция начала нормализацию отношений с Саудовской Аравией, ОАЭ и Египтом, был урегулирован катарский кризис. Иран и Саудовская Аравия инициировали диалог и перевели отношения в русло конструктивного сотрудничества. Но после событий 7 октября 2023 года в регионе начала снова кровоточить давняя проблема - палестинский вопрос. Влияние Ирана в регионе значительно ослабло, хотя причиной тому были не только атаки на «Хезболлу» и другие связанные с ИРИ группировки, но и внутриполитические трансформации в исламской республике после гибели Президента Раиси. Сильным ударом по иранским интересам стали и события декабря 2024 года в Сирии, когда правление Башара Асада подошло к концу и власть перешла к новым силам, настроенным недружелюбно в отношении Тегерана.

В итоге на текущий момент мы наблюдаем, что продолжается трансформация политического ландшафта в регионе и до сих пор не найдена новая оптимальная точка баланса сил.

- Как изменились отношения между Азербайджаном и странами Ближнего Востока? Каковы перспективы для сотрудничества?

- За последние годы Баку интенсифицировал свои политические и экономические контакты со странами Ближнего Востока. События международного масштаба, проводимые в Азербайджане, привлекают внимание ближневосточных стран. Рост турпотока в страну и расширение гуманитарного сотрудничества позитивно сказываются на взаимодействии Баку со странами региона. Участие Азербайджана в соглашении «ОПЕК+», присоединение к экономическому объединению D8, поддержка Алжира в вопросе признания геноцида алжирцев со стороны Франции и ряд других моментов позитивно сказываются на расширении сотрудничества.

Для достижения новых горизонтов Баку может укреплять свою экономическую безопасность и продолжать сбалансированную политику со всеми странами региона, в частности с региональными игроками в лице Ирана, Израиля, Турции, Саудовской Аравии и ОАЭ. Прагматичная и гибкая политика Азербайджана позволит привлечь еще больше инвестиций со стороны арабских монархий залива в экономику страны, в частности в восстановление и развитие Карабаха. Но при этом необходимо отметить, что из-за высокого конфликтного потенциала в регионе, Азербайджану следует балансировать между интересами различных игроков и не допускать вовлекать себя в противоречия между региональными игроками, с чем Баку сейчас очень плодотворно справляется.

Потенциал сотрудничества велик, и надо понимать, что как Баку может быть важным партерам для стран региона, так и страны региона могут быть интересны для реализации внешнеполитических и экономических интересов Азербайджана на основе культурно-религиозной схожести со странами Ближнего Востока и Северной Африки.

- Как сегодняшняя нестабильность на Ближнем Востоке влияет на мировые рынки нефти и газа?

- Пока что все события минимально отражались на мировом рынке нефти, так как значительной вовлеченности экспортеров углеводородов в открытые конфликты не наблюдалось. Да и кроме того, надо понимать, что благодаря соглашениям «ОПЕК+» и доле в мировом рынке нефти стран вне соглашения удается стабилизировать цены на нефть. Но существует большой риск колебаний, если конфликт между Израилем и Ираном усилится при подключении США. Потенциальные боевые действия в Персидском заливе могут привести к проблемам с поставками, так как из региона уходит почти половина мирового экспорта нефти.

- Возможно ли в ближайшее время изменение роли стран Персидского залива как энергетических центров мира?

- Пока еще человечество не придумало более эффективных и рентабельных источников энергии, чем нефть и газ, а именно этими ресурсами богаты страны Персидского залива. Страны региона сами пытаются диверсифицировать свои источники доходов и снижают долю нефтяного сектора в национальных ВВП, но заметные результаты при текущих трендах мы сможем увидеть лишь в новом десятилетии, когда альтернативные источники энергии станут более доступными и рентабельными, а пока что я не вижу особых трансформации в роли стран залива как энергетических центров мировой экономики.

- Какие перспективы у альтернативной энергетики в регионе? Может ли она конкурировать с традиционной?

- На текущем этапе конкурентоспособность Ближнего Востока не так сильна, но во всех стратегиях развития стран региона уделяется значительное внимание вопросу развития ВИЭ и достижению углеродной нейтральности национальных экономик. В регионе с особым интересом относятся к атомной энергетике. Так, в Турции, Египте и ОАЭ уже построили или строят АЭС, Саудовская Аравия в стадии привлечения подрядчиков, Алжир также интересуется этим вопросом.

Во многих странах региона развиваются проекты по солнечной и ветровой энергетике. Выделяются частные и государственные инвестиции на развитие ВИЭ, и страны демонстрируют хорошие показатели в этом вопросе. Но пока потенциал не так велик, чтобы конкурировать с углеводородами.

- Как Ближний Восток реагирует на рост китайского влияния в регионе? Может ли Китай стать главным партнером для арабских стран?

- Китай еще с начала 2000-х активно наращивает свои торгово-экономические связи со странами региона. Именно Ближний Восток вместе с Россией являются важными экспортерами энергоресурсов в Китай, Индию и в другие страны Азии. В последние годы Пекин начинает активно подключаться и к политическим вопросам, касающимся региона. Здесь наблюдается единение позиций Пекина с Москвой по многим темам. Страны региона активно участвуют в интеграционных объединениях, среди которых ШОС и БРИКС.

Не соглашусь с тем, что Пекин станет главным партером стран региона, потому что ближневосточные государства пытаются также диверсифицировать свои связи, так как долгие годы доминирования США в регионе научили ближневосточных лидеров важному уроку, что нельзя быть сильно зависимым от кого-либо одного, необходимо выстраивать прагматичные отношения с разными центрами сил, балансировать и заниматься защитой своего суверенитета и национальных интересов. Поэтому они будут развивать отношений как с Вашингтоном, Лондоном и Брюсселем, так и с Москвой, Пекином и Нью-Дели. Такая вот новая реальность и тот самый многополярный миропорядок, к которому стремятся страны «мирового большинства».

- Какие страны региона могут стать новыми политическими и экономическими лидерами в ближайшие 10-15 лет?

- В принципе, я думаю, что те же самые страны, которых я назвал региональными игроками - Турция, Саудовская Аравия, ОАЭ, Катар, Иран и Израиль. Потому что сегодня важна экономика и безопасность, если эти страны смогут реформировать свои экономики и быть высокотехнологичными, то они смогут оставаться флагманами. К примеру, можем проанализировать действия этих стран на сегодняшний день. Все шесть стран стремятся к технологическому развитию, так как это позволяет сделать их экономики конкурентными, развивать свой ВПК, привлекать инвестиции и обеспечить благосостояние своих стран.