Баку, 13 августа, АЗЕРТАДЖ

«Формула 1» добралась до традиционного августовского перерыва – поры обязательных (по правилам!) отпусков и закрытия баз на две недели. Позади – 14 Гран-при, впереди – пляжи, чилл, реновация заводов и возвращение в схватку за титул.

Как сообщает АЗЕРТАДЖ, команды проехали большую часть европейского сезона, внедрили множество обновлений (а кто-то уже снял часть из них как бесполезные), завершили цикл апгрейдов и несколько раз перемешали расстановку в пелотоне.

Но как дела у самих пилотов? За время, которое прошло после девятого Гран-при, главный неудачник взял подиум, Пиастри и Норрис столкнулись в схватке за лидерство в гонке, Хэмилтон и Леклер последовательно впали в депрессии, шумиха вокруг потенциального перехода Ферстаппена в «Мерседес» вспыхла и погасла, Лоусон отыгрался за увольнение из «Ред Булл», а среди новичков – новый кандидат в звезды.

Оскар Пиастри

Только год назад он выиграл первый Гран-при, а теперь лидер и фаворит чемпионата с образом самого стабильного, хладнокровного и устойчивого парня. Эпизодические поражения от Норриса, доработка машины напарника и отказ от распределения ролей никак его не трогают – австралиец просто делает свое дело.

Чем-то напоминает Хэмилтона во время дуэли Льюиса против Росберга – прежде всего темпом на трассе (приближается и удаляется так же неумолимо).

Ландо Норрис

Продолжает кататься на качелях из десятка мелких ошибок в квалах и преследовании Пиастри до грандиозных безошибочных отрезков на изношенных шинах для удержания победы. Проявляется интересная закономерность с психологией Ландо: удерживать первое место при любом уровне давления и в трудных обстоятельствах ему намного легче, чем догонять в режиме «побеждать сейчас» – именно тогда и вылезают промахи мимо апексов и точек торможения.

Потому с одной стороны у Норриса все классно: он выиграл гонку после проваленной Бельгии, квалификации в Венгрии и плохого старта. Но глобально он все еще позади в личном зачете с отставанием в 9 баллов – и вновь надо догонять.

Макс Ферстаппен

Окончательно отказался от места в «Мерседесе», хотя и заявил, что больше не ждет побед в 2025-м. Кажется, его уже немного раздражает, как все в «Ред Булл» уповают на его форму, как на что-то естественное. При этом даже обновленная машина перестала выдавать желаемый темп на «граничных» автодромах вроде Бельгии и Венгрии.

Максу остается только веселиться на треке при помощи агрессивных обгонов, плотнее заниматься личной гоночной командой и планами стартов в GT3, а еще болидом 2026-го – судя по постоянным повторяющимся комментариям о выходе из борьбы за титул, его все меньше интересует актуальная расстановка.

Джордж Расселл

Один из самых стабильных пилотов нынешней «Ф-1»: когда машина управляема – можно смело ждать его на подиуме хотя бы третьим. В Венгрии примета сработала: после череды слабых финишей и отказа от новой подвески он вновь чуть не взял поул и заехал в топ-3 – шестой раз в сезоне. Это больше, чем у Ферстаппена!

Причем в отпуск Джордж внезапно уходит в сильной позиции. Все лето «Мерседес» и сам Расселл разгоняли тему о трансфере Макса, а к самому перерыву №63 финишировал выше чемпиона и заявил прессе, что не ждет переподписаний в августе. С учетом слухов об обсуждаемом многолетнем контракте на 40 млн долларов – Джордж, похоже, попытается выжать из команды лучшие условия, особенно не имея альтернатив на рынке.

Шарль Леклер

Кажется, истинное ментальное состояние Шарля как раз и проявилось на середине гонки в Венгрии. Казалось бы, машину наконец поправили и она может претендовать на поул с победой. Но вдруг «Макларен» обманывает «Феррари» с пит-стопами, Леклера отправляют на слишком раннюю остановку, с техникой происходит что-то странное, темп падает на две секунды – и Леклер взрывается по радио.

До Венгрии дела обстояли примерно так же: Шарль с трудом удерживал соперников позади в попытках дотянуть-таки до очередного подиума, а по радио отвечал: «Оставьте меня в покое». Но не спешите его жалеть: это вполне обычное положение Леклера в Скудерии – и он как раз накануне рассказал о значении выступлений за «Феррари». По его версии, это значит намного больше, чем титулы Ферстаппена или новые поражения от Норриса и Пиастри.

Льюис Хэмилтон

Дорогую звезду «Феррари» словно разрывает из-за расхождений реальности с мечтами. Льюис явно видел себя триумфатором, возвращающим алых на вершину, но выходит пока хуже, чем у Феттеля и Алонсо – 0 подиумов при пяти у напарника. Воспоминания о неудачах Себа и Фернандо всплыли уже и у самого Хэмилтона.

В итоге получается хаос.

Льюис то требует обновлений, то настаивает на переключении на следующий сезон. То поддерживает шефа Фредерика Вассера, то рассылает документы с предложениями об улучшениях в команде не только ему, но и верхушке компании как раз в момент ревизии. Извиняется за личные ошибки в квалификациях, а через день сваливает их на «новый элемент машины, который подводил и напарника ранее». Он назвал интеграцию в культуру команды «настоящей битвой», а сезон – самым тяжелым в карьере.

В Венгрии все тоже закончилось предложением «Феррари» его заменить, а затем – отказом сдаваться.

Если бы в профиле можно было устанавливать «корпоративное положение» как семейное, у Льюиса точно было бы «все сложно».

Кими Антонелли

Череда сходов, неудачных квалификаций и средних результатов наложились на слухи о переходе Ферстаппена в «Мерседес» – либо в пару к молодому юниору, либо на замену. Одни только обсуждения возможной аренды в условный «Альпин» уже, должно быть, давили на 18-летнего дебютанта, а вместе со всем остальным – он просто не выдержал и надломился.

После обоих неудачных квалификаций на Гран-при Бельгии он выходил к прессе заплаканным, Хэмилтон приходил к нему в моторхоум для поддержки, а шеф Тото Вольфф обещал по 500 евро за каждую ошибку – лишь бы Антонелли не прекращал атаковать.

Но в целом это не только личное падение: «Мерседес» взял на себя существенную часть его регресса. Обновления не сработали как рассчитывалось и поменяли поведение болида слишком сильно, а еще команда два сложных Гран-при подряд – в Британии и Бельгии – отказывала на предложения Антонелли по смелым переходам на шины для влажной и сухой погоды.

Впоследствии его призывы оказывались верными, но Кими страдал из-за консерватизма «Мерседеса». Откат на старую подвеску тут же вернул юному итальянцу уверенность в себе.