Баку, 19 сентября (АЗЕРТАДЖ). Как уже сообщали азербайджанские СМИ, 11 сентября при попытке перехода линии соприкосновения войск был задержан один из четырех членов вооруженной группы, засланной силовыми структурами Армении для совершения актов диверсии на территории Азербайджана. В ходе предварительного следствия задержанный Манвел Мамиконович Сарыбекян в присутствии тележурналистов рассказал о задаче, которую поставило перед группой его руководство. По признанию армянского «Нурпаши Кулаева», группе было поручено взорвать школу в селе Заманлы и вернуться.

17 сентября телеканал ANS продемонстрировал видеосюжет с признательными показаниями задержанного диверсанта. Сидя в студии в мягком кресле в комфортных условиях, армянский террорист на родном языке поведал миру о деталях полученного им задания:

«Самвел спросил, хватит ли у меня смелости убивать тюрков? Я ответил «да». После этого мы с ним часто виделись и однажды, он отвез меня на иномарке в дом, расположенный в лесу. В доме были 7-8 молодых ребят. Два месяца мы проходили там подготовку. Нас обучали стрельбе, использованию гранат и подрывному делу. Затем нас четверых перебросили в так называемый Шемседдинский лес. Рядом находилось тюркское село. Перед нами поставили задачу - взорвать школу в селе Заманлы и вернуться», - рассказал Сарыбекян. (http://www.youtube.com/watch?v=PPtLkOo0O9U)

Сразу после сообщения Министерства обороны Азербайджана о пресечении попытки совершения армянами диверсии на территории Азербайджана и задержании Сарыбекянa армянская сторона повела себя весьма предсказуемо - она выступила с отрицанием недостачи своего гражданина. Мол, «в списках не значится, никто не пропадал, такого среди наших нет и не было!».

Всё было бы славненько, если бы не одна осечка. Через день в ереванский офис МККК обратились родственники «непропавшего» армянина. Оказалось, что Манвел Мамиконович Сарыбекян всё-таки есть. Тем не менее, после сообщения о внезапно появившихся родственниках «несуществующего» армянина в минобороне Армении предпочли стыдливо отмолчаться.

Дальше - больше. Азербайджанское телевидение, опередив армагитпроп, показало во всеувидение задержанного диверсанта, чтобы не дать Еревану заявить, что, мол, Баку «выдумал» не только Сарыбекяна, но и его родственников, и что, дескать, сообщение об обращении семьи задержанного в ереванское представительство МККК - это чуть ли не дезинформация внедренных в армянские СМИ азербайджанских шпионов.

Выступление диверсанта на родном языке позволило интернет-пользователям в Армении убедиться, что Сарыбекян все-таки есть, а не выдуман, и перед ними действительно сидит их соплеменник, а не «косящий» под армянина «подставной азербайджанец», якобы имитирующий армянский акцент при беседе на русском языке. Смешного мало: напомним, именно таковыми армянские СМИ в своё время назвали своих перебежчиков после демонстрации их выступления по азербайджанским телеканалам. Дескать, «никакие это не армяне, а самые обычные азербайджанцы, разыгрывающие спектакль в пропагандистских целях и не умеющие даже подделывать армянский акцент».

Азербайджан, разумеется, оставил тогда этот бред армянской стороны без комментариев.

В субботу, 18 сентября пресс-служба МО Армении, видимо, уже не в состоянии более отмалчиваться, вынуждено было поднять свою страусиную голову из песка и выступить с заявлением, в котором назвала показания задержанного террориста… «не соответствующими действительности». Хорошо, хоть на этот раз власти Армении вынуждены были, наконец, признать своего гражданина. «Освежить» память армянским силовым структурам помог видеосюжет ANS, в котором они уже не могли не признать своего сотрудника. Наверное, в ведомстве Сейрана Оганяна рассчитывали, что Манвел будет молчать, как Зоя Космодемьянская, a не расколется прямо в студии. А может и вовсе исключали возможность провала операции и не думали о худшем. Что бы там в МО Армении ни думали, Сарыбекян все же выложил перед следователями и журналистами детали полученного кощунственного задания.

Kомичность же заявления пресс-службы МО Армении заключалась в том, что в нем диверсант Сарыбекян был назван… «ищущим пропавший скот пастухом». При этом оборонное ведомство Армении не объяснило своей аудитории три вещи:

1) почему Сарыбекян, будучи родом совершенно из другого конца Армении, искал свой «пропавший скот» на линии соприкосновения войск (все ли коровы в Армении убегают в сторону Азербайджана, и неужели в Армении так плохо с кормами)?

2) почему о пропаже «заслуженных животноводов» сообщает именно минобороны страны, а не местная администрация?

3) все ли армянские пастухи ищут свой скот в профессиональной экипировке диверсанта, с полдюжиной гранат за пазухой вместо пастушьей свирели (пардон, «дудука») и боевым оружием с оптическим прицелом и глушителем вместо обычного посоха?

Однако, oригинальный способ выпаса скотины.

Словом, задержанный Сарыбекян, шедший хладнокровно взрывать наших школьников - такой же «пастух», как его бесланский коллега Нурпаши Кулаев. В Ходжалы мирных жителей, наверное, расстреливали тоже «пастухи» и «пахари» во главе с главночобанствующим Робиком Кочаряном. А трижды судимый рецидевист Эдуард Григорян, убивший в феврале 1988 года шестерых сумгаитских армян - и вовсе «скрипач из симфонического оркестра Бакинской консерватории»!

Да и не в этом, собственно, дело. Азербайджанскому народу, по большому счету, глубоко безразлично, кто по профессии этот недочеловек Сарыбекян - пастух, сапожник или академик. Одного того, что он с оружием в руках шел взрывать наших детей и дал по этому поводу признательное показание, вполне достаточно, чтобы весь остаток своей жизни он провел за решеткой. Там ему никто не будет мешать до конца жизни заниматься профессией, придуманной для него пресс-службой Сейрана Оганяна - пасти вшей!

Кстати, это не первый случай, когда пресс-служба МО Армении выставляет себя на всеобщее посмещище. В январе прошлого года армяне сообщили, что «гражданское лицо Бад Тадевосян, страдающий психическим заболеванием и находясь в нетрезвом состоянии, попытался продвинуться в сторону азербайджанских позиций, а армянские военнослужащие безуспешно пытались его остановить, в результате чего погибли сам Тадевосян и рядовой Аркадий Акопян». Напомним, инцидент имел место 26 января 2009 года в 19.00 часов по местному времени, когда подразделения вооруженных сил Армении, расположенные на оккупированных территориях Азербайджана, предприняли попытку захвата одного из постов в направлении села Джавахирли Агдамского района. Тогда вылазка оккупантов завершилась полным провалом - противник потерял троих убитыми и еще нескольких ранеными. По данным пресс-службы МO Азербайджана, «тело одного из убитых осталось на стороне, контролируемой Вооруженными силами Азербайджана, тела двух других убитых, а также раненых военных, армянской стороне удалось перенести к себе».

Однако больше всего тогда запомнилось смешное заявление армянской стороны, из которого вытекали совершенно риторические вопросы. Во-первых, если уничтоженный в ходе атаки и подобранный позже азербайджанскими военнослужащими Бад Тадевосян действительно страдал психическим расстройством, то как он вообще оказался в рядах вооруженных сил Армении? Как известно, на медкомиссии в военкоматах нередко вполне здоровые призывники стараются «скосить» под психически ненормальных, чтобы избежать службы в армии. Но чтобы психически больной человек притворился здоровым ради службы на линии огня - такое, видать, возможно только в армянских военкоматах. Во-вторых, если Тадевосян действительно страдал психическим расстройством, то как получилось, что в армянской армии об этом вдруг узнали после его гибели, а не при жизни? Неужели для того, чтобы признать человека психически нездоровым и по этой причине негодным к воинской службе, его надо обязательно отправить на опасное задание, а посмертный диагноз установить, так сказать, дистанционно? В-третьих, если «психически нездоровый» Бад Тадевосян находился, вдобавок ко всему, ещё и в нетрезвом состоянии, то не свидетельствует ли это об уровне дисциплины в рядах «непобедимой» армянской армии, причем в тех ее частах, которые расположены на передовой (не говоря уже об уровне квалификации врачей медкомиссии в военкоматах)? В-четвертых, если уничтоженный Тадевосян был на самом деле вовсе не военнослужащим, а «гражданским лицом», то как на нем оказалась военная форма, а в его руках - оружие? Все ли психически больные жители Нагорного Карабаха носят вместо смирительной рубахи военную форму, а на свежем воздухе предпочитают прогуливаться обязательно между армянскими и азербайджанскими позициями и всенепременно с боевым оружием в руках?

Очевидно, что подобная примитивщина про «подвыпившего психа» Тадевосянa, как и сказка про невинного «пастушка» Сарыбекянa (оба в военной форме и с оружием в руках), рассчитана на внутриармянскую аудиторию, до которой нам, впрочем, нет никакого дела.