Баку, 23 сентября, АЗЕРТАДЖ 

Заводская команда французского концерна Renault, остается в Формуле 1, но со следующего года сменит называние на Alpine. Руководитель команды Сирил Абитебул рассказал о предстоящих переменах, в том числе о возвращении Фернандо Алонсо, а также прокомментировал нестабильные результаты в этом сезоне, передает АЗЕРТАДЖ.

-Как можно оценить реальное положение дел в Renault?

Я бы сам хотел это знать. Нам картина представляется точно такой же, какой вы видите ее со стороны. У нас заметный разброс результатов. Какие-то трассы подходят нашей машине, какие-то нет. Это одно из направлений, над которыми мы сейчас работаем.

Параллельно совершенствуем аэродинамику, стараемся добиться более стабильной прижимной силы в быстрых поворотах - пока это наше слабое место. Так было вплоть до Муджелло: только там мы прибавили в таких поворотах. Именно этот фактор определяет наше положение на стартовом поле. Чем больше таких поворотов, тем мы больше отстаем. И только в Муджелло было иначе, там мы выступили лучше, чем ожидалось. Надо понять, почему. Вероятно, машина способна на большее, и мы просто должны более эффективно использовать ее потенциал.

-Т.е. лучше понять особенности машины?

Совершенно верно. Мы сейчас пытаемся детально во всем разобраться на основе опыта, полученного в Барселоне и Спа. В Испании у нас ничего не получалось, а в Бельгии мы были в полной мере конкурентоспособны. Возможно, дело вообще не в типе трассы.

Не исключено, что наша машина эффективно работает только в очень узком диапазоне настроек, и как только мы выходим за его пределы, это сразу сказывается на результатах. Поэтому в Муджелло мы опробовали разные варианты настроек, и похоже, что какие-то из них подтверждают нашу теорию.

Разумеется, мы также стараемся повысить темпы модернизации машины. Пока эта работа дает позитивный эффект, за одним исключением. В одной конкретной области были выявлены проблемы с корреляцией, связанные с аэродинамической трубой.

Но мы не единственные, у кого возникают подобные сложности, похоже, они бывают у всех. Важно с этим разобраться, чтобы это не сказалось на разработке машины для следующего года.

-Вы удовлетворены тем, как команда реагирует на подобные проблемы?

Безусловно. Мы видим первые результаты реструктуризации, которая была проведена в нашем инженерном департаменте в Энстоуне. Пэт Фрай и Дирк де Бир хорошо работают под руководством Марцина Будковски. Теперь Renault уже больше похожа на настоящую команду.

-Борьба за 3-е место в Кубке конструкторов продолжается?

Да, мы ее продолжаем, тем более что McLaren и Racing Point не так уж заметно нас опережают. Многое будет зависеть от того, как часто во второй части сезона мы сможем в полной мере задействовать потенциал машины за счет правильных настроек, и насколько удачно будем выстраивать тактику гонок.

-В Монце вступила в силу новая техническая директива, связанная с двигателями. Это как-то повлияло на расстановку сил?

Расстановка сил прежняя. Вообще-то я вижу единственное изменение, оно проявляется на первом круге после старта и после рестартов. В этих ситуациях разница в скоростях стала меньше.

-Эстебану Окону сложно угнаться за Даниэлем Риккардо. Это потому, что Даниэль настолько хорош, или Эстебан все еще в процессе адаптации к команде?

Даниэль - очень быстрый и опытный гонщик, нет смысла это объяснять. В этом году он выступает еще лучше - в том числе и потому, что машина стала лучше, а он более эффективно взаимодействует с инженерами. В этом году поведение задней части машины стало стабильнее, поэтому Даниэль пилотирует все более уверенно.

Но Эстебан постепенно восстанавливает форму после пропущенного сезона. Причем он не так много проигрывает Даниэлю, как может показаться. Ему пришлось согласиться с тем, что Риккардо - тот ориентир, на который надо равняться, поэтому Окону приходится ставить перед собой реалистичные цели.

Согласен, в Муджелло он допустил ошибку в квалификации, но я его прощаю. Это говорит о том, что он атакует, стремится к более высоким результатам. Я предпочитаю таких гонщиков, а не тех, кого вполне устраивает статус-кво и иерархия, сложившаяся в команде. Думаю, ближе к концу сезона соперничество между нашими гонщиками станет более интенсивным.

-В следующем году место Риккардо займет Фернандо Алонсо: вы ведь понимаете, что он очень требовательный гонщик со сложным характером?

Да, мы к этому готовы. Я полагаю, в следующем году у нас будет еще более быстрая машина. Если Фернандо увидит прогресс, в нем проснется прежний гонщик. Но, конечно, нам предстоит еще улучшить работу команды во всех аспектах. Мы понимаем, что Фернандо не допускает ошибок, поэтому оправданий у нас не будет.

-Считалось, что команда Renault может первой уйти из Формулы 1, но все-таки осталась в чемпионате - что изменилось?

На это повлияли многие факторы. Более справедливое распределение призовых. Повышение ценности лицензии на участие в чемпионате. Переход на ограниченные бюджеты. Более прозрачный процесс принятия решений.

Кроме того, в Renault изменился состав совета директоров, и у нового руководства концерна четкий план действий, направленный на то, чтобы Формула 1 помогла нашему бизнесу, способствовала продвижению бренда Alpine. Все это, вместе взятое, создает идеальные условия для продолжения активной работы в Формуле 1. Это позитивный сигнал, который нас мотивирует и заставляет выкладываться по максимуму, чтобы вернуться на лидирующие позиции.

Если экономика Формулы 1 полностью восстановится, то с учетом поддержки, которую нам оказывают спонсоры, в новых условиях наши доходы вплотную приблизятся к уровню затрат. Но кроме того, у нас есть моторостроительное подразделение, которое по-прежнему требует высоких расходов.

Тем не менее, Renault все равно тратит на Ф1 меньше, чем любой другой автоконцерн. И все-таки, по-моему, уровень расходов остаётся слишком высоким. Это должно стать следующей областью, над которой надо поработать Формуле 1.

-Вы бы предпочли, чтобы потолок бюджетов был снижен еще, или чтобы ограничения на модернизацию двигателей стали более жесткими?

Это будет зависеть от концепции силовых установок следующего поколения. Здорово, что мы можем экономить на стендовых испытаниях и заморозить доработку тех двигателей, которые используются сейчас. Но очень быстро мы начнем тратить деньги на что-то еще.

Надо понять, какими будут двигатели 2026 года. Если в их основу будут положены силовые установки текущего поколения, тогда затраты на их разработку будут на приемлемом уровне. Если же придется разрабатывать что-то совсем новое - двигатели, работающие на водороде или на электроэнергии, такой проект станет очень дорогим. И тогда все будет зависеть только от максимального уровня бюджетов, который нельзя превышать.

-Мы подошли к вопросу об ограниченных бюджетах. Есть множество исключений, на которые эти ограничения не распространяются. По словам Жана Тодта, некоторые команды будут тратить в два раза больше, чем потолок в $145 млн. Насколько ваш реальный бюджет будет превышать этот уровень?

В случае с Renault превышение не столь значительное. Больше всего на затратах сказываются зарплаты гонщиков, а они сюда не включены. Учитывая, какие изменения произойдут в составе нашей команды, влияние этого фактора, безусловно, будет сказываться.

С другой стороны, мы находимся на очень умеренном уровне, если говорить о том, сколько мы расходуем на наших наиболее высокооплачиваемых специалистов и на маркетинг. Многие бы удивились, если бы узнали, сколь невелики затраты нашего отдела разработки шасси по сравнению с такими командами, как AlphaTauri и Alfa Romeo. Мы работаем очень эффективно, хотя техническую сторону надо продолжать совершенствовать. Но в финансовом плане у нас уже все очень неплохо. И это поможет, когда мы перейдем на ограниченные бюджеты.

-Лука де Мео, новый президент Renault, назначил вас ответственным за все спортивные программы концерна. Потребуется ли вам помощь на посту руководителя команды Формулы 1?

Как раз сейчас я занимаюсь этими вопросами. Мы будем менять нашу организационную структуру. Четыре спортивных программы теперь будет развиваться под брендом Alpine. Моя задача в том, чтобы все они были эффективными, и мне предстоит их координировать.

-Вернется ли Renault в Ле-Ман, когда появятся такие классы, как Hypercar и LMDh?

В следующем сезоне вступит в силу особый регламент, и в 2021 году нам не придется размышлять на эти темы. Если же говорить о будущем, то мы присматриваемся к классу LDMh, но пока никакие решения не приняты.