ДОБРЫЙ СЛЕД – ВСЕГДА ГЛУБОК
Как часто, обмениваясь коротким приветствием со знакомым человеком, мы и не подозреваем, какое подчас богатство - мысли, чувства, знания - таятся в нем, а, узнав об этом много позже, досадуем, что не довелось хотя бы прикоснуться к его внутреннему миру, почерпнуть что-то для себя. К числу таких людей относится, думаю, и Багир Гасым оглу Сеидзаде, работавший когда-то, теперь уже в далекие 60-е годы прошлого столетия, в нашем информационном агентстве - нынешнем АЗЕРТАДЖ. Помню, встречая его здесь, где мне, в то время собственному корреспонденту газеты «Известия» по Азербайджану, приходилось бывать довольно часто, я всегда обращала внимание на его улыбчивое, спокойное и, вместе с тем, строгое лицо. Рассказывали, что когда возник вопрос о назначении в АзТАг - так называлось тогда агентство - заместителя директора, возглавлявший в то время эту организацию Ефим Григорьевич Гурвич именно Багира Сеидзаде пожелал увидеть рядом с собой в руководстве агентством. Видимо, знал и по достоинству оценил этого человека, уже успевшего до той поры пройти довольно большой жизненный путь. А теперь вот АзТАг. Багир муаллим оказался среди тех, кто активно содействовал становлению нашего агентства.
В сфере печати Багир Сеидзаде был человеком далеко не случайным. Выпускник Азербайджанского индустриального института, он однако основным делом своей жизни всегда считал журналистику. Еще в студенческие годы сотрудничал в газете «Гяндж ишчи», которую позже возглавил в качестве ответственного редактора. Он был, говорят, журналистом от Бога. Хотя и занимал долгие годы высокие и ответственные должности - министра кинематографии, главы Советского дипломатического представительства в Тебризе, куда был откомандирован Министерством иностранных дел СССР и где вместе с известным государственным деятелем Азизом Алиевым принимал непосредственное участие в процессах, происходивших в то время в Южном Азербайджане. Подготовленный им, профессионалом во всем, на эту тему материал оказался бесценным по своей глубине и был использован руководством страны и республики. А Багиров, тогдашний руководитель Азербайджана, как писал в своей книге журналист Новруз Ибрагимов, спросил про него: он что - писатель, этот Сеидзаде?
А Сеидзаде был и писателем, и, можно сказать, оратором. Однажды, еще в 1939-м, руководством республики ему было поручено зачитать на собрании в бакинской филармонии приветствие XVIII партийного съезда общественности. И он сделал это, не заглянув в текст, который лежал перед ним, чем удивил всех. Тогда его и заметили…
Но все это для Багира Сеидзаде была лишь служба, которой он со свойственным ему неравнодушием тоже отдавался до конца - иначе не умел. А параллельно всегда занимался творчеством: входил в группу переводчиков на азербайджанский язык «Капитала» Маркса, увлеченно работал над переводом трудов Песталоцци, писал статьи. Часто в шутку его называли пулеметчиком, а не переводчиком. Привязанность к творчеству и привела его в АзТАг, в деятельность которого он привнес свежее дыхание, новые идеи.
Здесь, в информационном агентстве, где он работал до конца дней своих, о нем до сих пор говорят тепло, проникновенно, передавая из поколения в поколение связанные с ним воспоминания. А ведь минуло почти 40 лет! И всякий раз, слушая эти рассказы, я думаю: как хорошо, что людям дана способность помнить! И в первую очередь, помнить то светлое, доброе, чем обязательно бывает обозначена жизнь большинства из нас.
Да, добрый и потому глубокий след в памяти знавших его оставил Багир Сеидзаде. Истинным интеллигентом, тонким, умным и образованным - его называли живой энциклопедией, - человеком, преданным делу, и очень доброжелательным предстает он перед нами в публикациях и рассказах о нем. А то, чем поделилась со мной при встрече его дочь Диляра ханум, дополнив уже известные факты и события, будто вдохнуло в них жизнь, позволило как-то глубже вглядеться в этого человека.
Без исторического фона, как известно, нет и нашей жизни. На долю Багира Сеидзаде выпало нелегкое время. В 1918-м, когда ему было лишь шесть лет, отец, купец II гильдии Миргасым, вынужден был вывезти семью из родных мест в Эриванской губернии, где испокон века жили на исконно азербайджанских землях их предки. Надо было спасать детей - а было их пятеро - от очередного кровопролития, которое периодически учиняли армянские националисты, постоянно зарившиеся на чужие территории. Поселились в Тифлисе, откуда, достигши зрелости, дети разъехались: кто - в Петербург, а кто - в Москву. Кстати, один из двух братьев Багира - Ибрагим, выучившись, стал авиаконструктором, работал с Яковлевым, возглавлял авиационный завод, выпускавший истребители. Что же касается самого Багира, то он уехал из Тифлиса в 1931-м, и с той поры главным городом его жизни стал Баку. Именно здесь он сформировался как личность, здесь проявили себя его творческий талант, его замечательные человеческие качества.
Не знаю почему, но кажется мне, что в Баку Багир муаллим мог бы считать себя счастливым. Впрочем, кто сказал, что человек приходит в мир только для того, чтобы быть счастливым? Всякое бывало в жизни и у моего героя, встречался и он с несправедливостью, недооценкой своих возможностей… И все же чаще счастье улыбалось ему. Ну, прежде всего, в лице женщины, которую он избрал в спутницы жизни и которая сумела стать достойной этой неординарной личности.
Гейс Насирова была врачом и очень светлым человеком. Семью связывали не только любовь и доверие, но и огромное взаимное уважение. Гейс ханум всегда с юмором рассказывала о том, почему она, выходя замуж, сохранила свою фамилию: когда их при регистрации спросили, как ее записать в свидетельстве о браке, Багир муаллим поспешил ответить за нее - ну, конечно, Насирова, да я и сам хотел бы быть Насировым. Возможно, он сделал это из уважения к невысказанному его избранницей, но угаданному им желанию. Вообще уважение к людям можно назвать характерной чертой Багира Сеидзаде. Вот что писал об учителе один из его коллег - молодых переводчиков: будучи очень требовательным и взыскательным, Багир муаллим, делая замечание, никогда не повышал голоса, старался не унизить человека. Но его тихое «будьте повнимательнее…» многого стоило.
Люди, с которыми Багир муаллим работал, как правило, становились его друзьями, единомышленниками. Это были такие же, как он сам, яркие личности. К примеру, газету «Гяндж ишчи» вместе с ним и со свойственной, как и ему, страстью делали известные всем нам Гейдар Гусейнов, Микаил Мушвиг, Шафаят Мехтиев, Насир Имангулиев, словом, люди, влюбленные в жизнь, преданные Идее, вкладывающие в дело душу. То были сложные предвоенные годы, ставшие своего рода экзаменом на человеческую порядочность. Дружба в ту пору требовала особого мужества. Багир Сеидзде, можно сказать, выдержал испытание на звание Человека с большой буквы. Как в свое время признавался дочери Багир муаллима известный бакинский журналист Гулам Мамедли, если бы не Багир, трудно бы ему пришлось.
Оказывается, тогдашнему руководству республики что-то не понравилось в его публикациях, и на них был наложен строгий запрет, а автор, попавший в ряды неблагонадежных, естественно, остался, фактически, без работы. «Слушай, ты не переживай, - сказал ему тогда Багир Сеидзаде. - Сделаем так: ты пиши, а я буду публиковать написанное тобой под своим именем и передавать гонорар тебе». А пока Багир муаллим произносил эти слова, его попавший в немилость собрат по перу такого страха натерпелся, все оглядывался по сторонам: не услышал бы кто… Вот такие были времена, и такие люди…
Конечно же, подобные поступки не каждому по плечу. Тут кроме смелости нужно было еще умение сопереживать. А таким качеством, наверное, обладают люди тонкой души, к которым можно отнести и Багир муаллима. Да вот посудите сами: когда еще в Тифлисе у 12-летнего Багира умерла мама, очень рано ушедшая из жизни, он сорок дней тайно от всех один ходил на кладбище, все боялся: а вдруг мама встанет и окажется здесь одна, ей будет страшно… Близкие узнали об этом эпизоде из жизни Багира только спустя многие годы, когда надо было найти место захоронения матери для переноса могилы, и он безошибочно показал это место.
А как Багир муаллим умел наслаждаться музыкой! Такое в буквальном смысле этого слова довелось увидеть его коллеге Энверу Гулиеву: «Помню, - писал он в своих воспоминаниях о Сеидзаде, - как, слушая любимое им произведение - кантату «Физули» Джахангира Джахангирова, он, словно, впитывал каждый звук».
И сам очень неплохо рисовавший, - говорят ведь, что талантливый человек талантлив во всем, - Багир муаллим с трогательной заботой относился к людям, обладающим талантом. Рассказывают, случилось так, что ему показали одну из первых работ молодого Тогрула Нариманбекова. «Счастье» - так она называлась. Для того, чтобы поддержать художника, Багир муаллим включил эту работу в список посылаемых на выставку в Москву, где она принесла огромный успех автору.
Во всех воспоминаниях о Багире Сеидзаде присутствуют факты, свидетельствующие о его высочайшей порядочности и щепетильности. Например, такой: возвращаясь в 1948 году из Ирана, где он честно отработал семь непростых лет, он сдал на границе до копейки все остававшиеся у него иранские деньги. А на предложение перевезти их, поменять в банке и раздать родным, он ответил: советскому дипломату такое не к лицу… И это было искренне. Как и то, что свой отказ переводить один из незапланированных томов издаваемой в то время Истории Азербайджана, он объяснил так: я привык получать деньги за работу по ведомости. Да, пожалуй, верно это: достоинство, как и совесть, - понятия стабильные.
Вообще у Багир муаллима было свое особое отношение к деньгам. Он считал, что детей с малолетства следует приучать к их разумному расходованию. Своим детям - Фуаду и Диляре - он ежемесячно выдавал определенную денежную сумму. Пока они сами не стали зарабатывать. Кстати, этой теории придерживался в воспитании детей и Джанни Родари, которого Багир муаллим переводил на азербайджанский. Возможно, и это сыграло свою роль в подходе к вопросу о деньгах.
Воспитанию детей Сеидзаде придавал большое значение. Думаю, совсем неслучайно, сын его Фуад, который, к печали нашей, покинул этот мир в 34 года, успел однако блеснуть ярким талантом архитектора. Ссылаясь на Песталоцци, Багир муаллим утверждал, что в ребенке надо развивать то, что в нем заложено природой. Не давить, обходиться без назиданий и окриков. В семье Сеидзаде так и было принято. Что ж, глава семьи был мудрым человеком. А мудрость - всегда добрая…
Багир Сеидзаде ушел из жизни на полпути - ведь ему не было еще и 56-ти. Ушел неожиданно для всех. Но прежде всего, для себя самого: на его рабочем столе в АзТАге, когда это случилось, словно, в ожидании хозяина, который должен вот-вот появиться, еще долго лежали его очки, раскрытая книга и листы белой бумаги…
Он многое сделал. Но многого, наверное, так и не успел… Он ушел, но его помнят и, уверена, будут помнить всегда. Ведь добрый след - не стирается…
