–Господин Мэнн, благодарим вас за то, что согласились встретиться с нами. Растущие в последнее время контакты между руководством Азербайджана и Армении для поиска путей урегулирования затянувшегося конфликта вновь внесли нагорно-карабахскую проблему в повестку дня международной общественности. После безрезультатной встречи президентов Азербайджана и Армении во Франции некоторые наблюдатели расценивают возникшую ситуацию как конец Пражского процесса. Так ли это на самом деле? В целом, можете ли вы ознакомить нас с сущностью Пражского процесса?

–Прежде всего, хочу заявить, что я не верю в окончание Пражского процесса. Полагаю, что у нас еще есть надежды и возможности для достижения договоренности. Но времени мало. Что же касается Пражского процесса, то он был создан международными посредниками для достижения урегулирования по Карабаху. Заметив приемлемое «политическое окно» в обеих странах, мы попытались воспользоваться этим. Пражский процесс начался весной 2004 года. За минувший период мы встречались в Праге и других европейских столицах, обычно на уровне министров иностранных дел. В момент начала данный процесс был организован в качестве секретных рамок не для проведения сторонами переговоров, а для изучения ими возможностей и проблем. Ближе к концу 2004 года мы перешли от обсуждений к переговорам. Теперь же, после продолжавшихся 1 год переговоров, сопредседатели решили, что настало время перейти от переговоров к решениям. Таким образом, мы подошли к встрече в Рамбуйе.

–После переговоров в Рамбуйе американская сторона выразила свое сожаление их результатами. Об этом заявил помощник государственного секретаря Николас Бернс, об этом говорил и посол в Баку Рино Харниш. Это означает, что у Вашингтона были определенные ожидания от встречи президентов. В чем они заключались?

–Да, были. Страны-сопредседатели и Минская группа также разделяли наши надежды. Мы видели, что наши позиции очень близки на переговорах. Обе стороны достигли большого прогресса. За эти достижения президенты Азербайджана и Армении, а также министры иностранных дел достойны хвалы и уважения. Однако, наряду с этим, существует также ряд серьезных нерешенных вопросов. Но мы полагали, что в Рамбуйе устраним «пустоты» и пойдем вперед. Это не произошло. Мы сожалеем в связи с этим. Я должен признать это. Однако обе стороны представлены очень серьезными людьми. Сами президенты настроены очень серьезно и решительно. Поэтому я все еще надеюсь, что за находящееся в нашем распоряжении время мы сумеем продвинуться вперед. Что я имею в виду под «временем»? Я думаю, что ближе к концу года обе страны вступят в политический сезон. В Армении ожидаются парламентские выборы, а в Азербайджане – президентские. Это факт, что для правительств, сталкивающихся с внутренними политическими дебатами, продвигаться вперед в переговорах не то что тяжело, а даже невозможно. Поэтому сопредседатели убеждены, что достичь договоренности нужно сейчас. Могут быть такие, кто не думает подобным образом. Однако каждый человек, серьезно подходящий к карабахскому конфликту, понимает, что мы находимся на таком этапе, когда должны быть приняты решения.

-В одном из последних своих интервью вы сказали, что если конфликт в 2006 году не будет урегулирован, то это кончится трагедией для сторон. Можете ли вы разъяснить это?

-Если в 2006 году мы не сможем устранить существующие «пустоты», то нам придется прождать несколько лет, чтобы довести стороны до уровня таких глубоких переговоров. Возможно, я ошибаюсь. Но, мне кажется, что я прав. По обеим сторонам линии соприкосновения войск продолжается гуманитарная трагедия сотен тысяч людей, ставших вынужденными переселенцами, ежегодно на этой линии погибает 20-30 армянских и азербайджанских солдат. Мы не можем предотвратить это. Кроме того, я думаю, что если не решим основные проблемы, то столкнемся с большими угрозами.

-Что будет происходить на вашингтонских консультациях сопредседателей?

-Это одни из регулярных консультаций сопредседателей. Мы иногда встречаемся в Москве, Париже или Вене. На этот раз сопредседатели и посол Каспшик приедут в Вашингтон. Предстоящая встреча позволит нам более глубоко оценить произошедшее в Рамбуйе, определить наши будущие шаги в процессе.

-Господин Мэнн, как посредник, вы отводите слову «компромисс» широкое место в своей терминологии. Однако азербайджанская общественность и часть международного сообщества справедливо считают подход стран-сопредседателей ОБСЕ к конфликту несправедливым. Так как до сегодняшнего дня ни одна страна-сопредседатель не признала напрямую Армению агрессором и не осудила ее. Мы можем бесконечно разговаривать с вами о политической воле и компромиссах, на которые должны пойти обе стороны. Но факт остается фактом. Здесь есть два государства - агрессор и его жертва. 20 процентов территории Азербайджана захвачены его соседом. Ваш такой подход дает Армении основание посредством оккупированных территорий шантажировать Азербайджан на мирных переговорах.

-Во-первых, такой мандат не предоставлен сопредседателям. Мы работаем на основе указаний, данных нам Постоянным советом ОБСЕ и действующим председателем. А эти указания и сейчас остаются такими же, какими они были в начале «процесса сопредседателей», - будучи посредниками, приближать стороны друг к другу. Мы - не арбитры и не судьи. Второе и самое главное заключается в том, что международная общественность предпочитает не занимать какую-либо одну сторону в конфликте. Мы стремимся к мирному урегулированию. Разумеется, мы сочувствуем гуманитарному положению азербайджанцев в результате произошедшего. Однако позиция США следующая: и Азербайджан, и Армения - это дружественные нам страны. Мы стремимся помочь сторонам в разрешении проблемы.

-Политика представляемой вами страны заключается в том, что она никогда не вступает в переговоры с террористами. Мы были свидетелями этого на протяжении всей истории Америки, видим это и в проводимой сегодня на Ближнем Востоке антитеррористической войне, во внешней политике США на международной арене. Но почему, если дело касается Азербайджана, правила игры должны быть изменены? Вам не кажется, что, согласившись на мирные переговоры с террористическим государством, Азербайджан идет на самый большой компромисс?

-Я не считаю это компромиссом. Это мудрая политика, выбранная Президентом Гейдаром Алиевым, а затем и Президентом Ильхамом Алиевым. Данная политика заключается в том, что лучшим способом урегулирования конфликтов являются привлечение в помощь международной общественности и поиск мирного урегулирования. Это и есть единственный путь решения карабахского конфликта. Скажу также, что я уже 30 лет занимаюсь дипломатией. Имею большой опыт по бывшему Советскому Союзу. Вспоминаю, что после того, как Президент Рейган назвал Советский Союз «империей зла», в советской медиа была развернута гневная и резкая пропаганда против Америки. Но, несмотря на это, обе стороны, продолжая в течение многих лет переговоры, достигли больших успехов по многим трудным проблемам - ядерное вооружение, численность вооруженных сил в Европе и пр. Если уж США и СССР, посвятившие себя разрушению системы другой страны, сумели добиться этого, то у меня есть надежды и в отношении конфликтов в Евразии.

-Вы не можете раскрыть детали переговоров. Но можете ли сказать, обсуждается на данном этапе сторонами имеющийся на бумаге конкретный мирный план?

-Мы распространили среди сторон многие документы, изучили отношение к ним как Армении, так и Азербайджана. На переговорах обсуждаются многие вопросы. Хочу вновь отметить, что благодаря высоким способностям обеих сторон в сфере переговоров их позиции очень сблизились. Но впереди стоят чрезвычайно трудные вопросы. Надеюсь, что в результате достигнутого соглашения обе стороны получат большую пользу. Конечно, мы не сможем решить все вопросы. По некоторым проблемам переговоры еще должны вестись. Поэтому мы должны в ближайшем будущем решить те вопросы, решение которых возможно. Компромиссы должны быть. Вы не встретите в истории переговоров такой случай, чтобы требования одной стороны были выполнены на все 100 процентов. В жизни так не бывает. Однако в течение предстоящих месяцев вполне возможно, чтобы оба государства извлекли из соглашения пользу, которая изменит ситуацию в конфликте. Я думаю, что мы находимся на таком этапе, когда для изменения ситуации к лучшему нам нужна воля не только министров, но и народа.

-Еще один беспокоящий азербайджанскую общественность вопрос - это незаконное размещение армянского населения на оккупированных территориях. Миссия ОБСЕ по изучению фактов ознакомилась с данной проблемой, распространила отчет. В нем подтверждается обеспокоенность азербайджанской стороны. Обсуждается ли вопрос восстановления демографического баланса на оккупированных территориях как часть мирного плана? Будет ли выселено с этих территорий незаконно размещенное население?

-Если говорить в общем, то это зависит от переговоров. Обсуждаются многие вопросы. Я не могу раскрывать детали, так как это стало бы проявлением неуважения к секретности переговоров. Но могу сказать, что один из важных элементов - это разминирование, восстановление, реконструкция территорий, наиболее пострадавших в войне, проведение донорской конференции.

-Армянская диаспора США оказывает большое влияние на Армению, в частности, на армянскую позицию по вопросу Нагорного Карабаха. По ходу работы вы иногда встречаетесь с их представителями. Что думает армянская диаспора Америки о нынешнем этапе переговоров?

-У меня иногда бывают контакты с армянской диаспорой. Могу сказать, что они проявляют к процессу большой интерес. Я не ощущал какого-либо давления со стороны диаспоры. Этот вопрос касается Республики Армения. Политику по данному вопросу строит Республика Армения во главе с президентом Кочаряном.

-Хотелось бы, завершая нашу беседу, услышать ваши заключительные мысли?

-Хочу выразить профессиональное удовлетворение совместной работой с министром иностранных дел Мамедъяровым и его командой, а также с министром Осканяном и его командой. Это честь работать в тесном контакте с президентами. Как человек, анализирующий ситуацию со стороны, я с большим уважением отношусь к достижениям обеих команд. Наряду с этим, отмечу также, что в этом году мы можем добиться реальных результатов, которые принесут пользу обеим сторонам. Повторяю, кто-то может не согласиться со значением 2006 года в этом смысле. Но, анализируя не с идеологической точки зрения, а опираясь на факты, мы можем сказать, что настало время идти вперед. Позиции обеих сторон очень близки. Если мы и в самом деле сумеем придти к соглашению - я не знаю, произойдет это или нет, есть ли у обоих президентов достаточно воли, чтобы идти вперед, или нет,- но если сумеем, то это принесет большую пользу обеим сторонам. Соединенные Штаты присоединятся к коллегам-сопредседателям в данных усилиях и поддержат их. Посмотрим, чего мы сумеем добиться в предстоящие недели.

-Спасибо за беседу.