Баку, 31 марта (АЗЕРТАДЖ). Искусство мугама - воистину национальное достояние Азербайджана. Так сказал на открытии Международного фестиваля «Мир мугама» Президент Ильхам Алиев. И впрямь, трудно представить нашу страну без мугама, а мугам без Азербайджана. Будучи мощной ветвью азербайджанской народной музыки, все его формы - «Раст», «Шур» и «Сегях», «Гатар» и «Баяты Кюрд», наконец, «Хейрати», «Карабах шикестеси» и «Кесме шикесте», другие - одинаково популярны в народе, любимы им. Однако, как утверждают искусствоведы, и, наверное, не без основания, особенно близок нашему национальному духу «Сегях» и некоторые его варианты.

Вслушайтесь в звуки этого, да и какого-либо иного мугама, построенного на поэзии, имеющей глубокий философский подтекст, вникните в смысл составляющих его основу газелей Физули, мудрых мыслей Насими, Сеид Азима Ширвани, Вахида… Разве вам не кажется, что вы словно погружаетесь в мугам, что вызванные им в вас ассоциации отвечают его музыкальным образам? Если же так не происходит, значит, это не ваш мугам. Ищите свой, и вы его обязательно найдете.

Примерно такими словами выразила свое понимание мугама, по-праву признанного шедевром мировой культуры, первая леди Азербайджана, президент Фонда Гейдара Алиева, посол доброй воли ЮНЕСКО и ИСЕСКО Мехрибан Алиева, которой принадлежат огромные заслуги в сохранении и развитии нашей национальной культуры и народного искусства, в том числе такого его вида, как мугам, считающегося самой ценной жемчужиной Востока.

Мугам входит в жизнь каждого азербайджанца чуть ли не с колыбели. Это удивительное явление, при всех ситуациях отвечающее нашему внутреннему состоянию. Оно всегда к месту - и тогда, когда обволакивают нас грусть и печаль, и в момент, когда достигают апогея чувства радости или любви. Да, мугам сопровождает наш жизненный путь от рождения и до самого финиша. В том и состоит феномен мугама, что он, очищая и возвышая души, веками сопровождал человека, став мостом из глубокого древнего прошлого к настоящему и будущему. Вспомним, как характеризовали мугам лучшие его исполнители и знатоки.

Мугам - это целый океан, говорил когда-то признанный в Азербайджане его исполнитель Сеид Шушинский. Бальзамом для сердечных ран, утешением и облегчением называл мугам Хан Шушинский. И надо сказать, когда мугам звучал в устах этих больших мастеров, так оно и было. Слушая волшебные мелодии мугама, выражающие настроение, дух и характер нашего народа, словно очищаешься, испытываешь чувство гордости. Не зря же мугам, Коран нашей музыки, как сказал об этом академик Васим Мамедалиев, нашел сотни, тысячи поклонников и ценителей также в Европе и Америке. Об этом можно судить хотя бы потому, как принимают там выступления замечательного исполнителя азербайджанских мугамов Алима Гасымова.

Думается, некогда композитор Афрасияб Бадалбейли совершенно обоснованно рассматривал мугамат как словарный фонд азербайджанского музыкального языка, как фундамент и основную опору нашей музыки. На основе мугама, как известно, написал свою первую на Востоке оперу «Лейли и Меджнун» гениальный Узеир Гаджибейли. А какими изумительными по своей глубине и звучанию произведениями обогатили музыкальную сокровищницу Азербайджана композиторы более позднего периода! Назовем некоторые из них: «Раст» Ниязи, ставшие сенсацией «Шур», «Кюрд овшары», «Гюлистан-Баяты Шираз» Фикрета Амирова. Это были первые симфонические мугамы - жанр, не существовавший ранее и поразивший весь музыкальный мир. Далее появились «Баяты Шираз» Сулеймана Алескерова, «Сегях» Васифа Адигезалова, «Нява», «Хумаюн» и другие сочинения Тофика Бакиханова. Особое место среди симфонических мугамов, созданных для оркестра народных инструментов и симфонического оркестра, арфы, органа и фортепиано, занимают такие оригинальные творения, как симфония «Чахаргях» Асафа Зейналлы, «Мугамные мелодии» Акшина Ализаде, «Хутбе, мугам ве суре» Фараджа Караева. Особо скажем о полных любви к родине нашей, народу произведениях Фирангиз Ализаде «Габилсаягы», «Мугамсаягы», «Азербайджанская пастораль» и других, в которых композитор, воплотив национальные черты, сумела соединить мугам с современной композиторской техникой. Вероятно, поэтому музыку Фирангиз Ализаде с готовностью представляют слушателям лучшие музыканты мира, потому к ней с большим интересом относятся во всех странах, где она звучала. Сама Фирангиз ханум назвала мугам генетическим кодом, общечеловеческим наследием Азербайджана.

Именно в нашей стране впервые был осуществлен синтез мугама и джаза. Начало этому положил талантливый азербайджанский джазмен Вагиф Мустафазаде, а продолжили его дело, и очень успешно, Рафиг Бабаев, Азиза Мустафазаде, Шахин Новрасли, снискавшие своими мугам-джазовыми импровизациями славу во всем мире.

В последние годы мугам на высоком уровне воспринимается в Англии, Франции, Германии, Японии и США. Объяснить это следует тем, что к началу нынешнего столетия древний азербайджанский мугам, сохранявший устои национальной традиции в более или менее чистом виде, был, как считают специалисты, достаточно развит и достиг в художественном смысле весьма ценной формы культурного выражения, и именно потому в 2003 году его включили в список ЮНЕСКО «шедевров устного и нематериального наследия человечества». Это событие послужило поводом к переоценке, прежде всего, нами самими ценности искусства мугама, выходящей далеко за пределы местной культуры. Хотелось бы, однако, заметить, что вряд ли такое произошло бы без серьезных, широкомасштабных мер, направленных на сохранение и развитие мугамного наследия, без поддержки государства, лично Президента, а также таких влиятельных общественных организаций, как Фонд Гейдара Алиева и Фонд друзей азербайджанской культуры, возглавляемых первой леди страны. И совсем неслучайно, что именно в Баку, в столице Азербайджана, справедливо признанной центром исламской культуры, состоялся первый Международный фестиваль «Мир мугама».

Собравшись вместе, знатоки-мугаматисты поделились мыслями об этом очень своеобразном виде искусства, рассмотрели пути сохранения и развития мугама, что очень важно. Ведь даже то, что уже сделано в Азербайджане, заметно повысило интерес к мугаму, стало гораздо больше желающих учиться ему. Это необходимо: нельзя думать о мугаме как о застывшей в звуках философской памяти азербайджанского народа, мугам постоянно находится в диалектическом развитии.

Известно, что многое в восприятии нами мугама зависит от его исполнения. Но есть в мугамном репертуаре мелодии, имеющие свою, если так можно сказать, музыкальную форму, - в этом ряду называют, в частности, теснифы, рянги, - их Узеир Гаджибейли относил к категории мелодий, составляющих область композиторского творчества исполнителей. Большинство исполняемых еще и сегодня теснифов - плод сочинительства таких выдающихся ханенде ХХ века, как Джаббар Гаръягды оглу, Сеид Шушинский, Хан Шушинский, Гаджибаба Гусейнов, Ариф Бабаев, Ислам Рзаев, Алибаба Мамедов. Классический мугам составляет репертуар выдающихся таристов прошлого столетия - Ахмеда Бакиханова, Мансура Мансурова и Бахрама Мансурова, Ахсана Дадашева, Гаджи Мамедова, Кямиля Ахмедова.

Конечно, главным критерием качества исполнения мугама является профессионализм певца. Но не меньшую роль играют, как правильно отмечают специалисты, и его мастерство, умение, исполняя мугам, уводить слушателя, вернее, его сознание, в другую реальность. Ведь именно в этом тайна мугамного искусства, его магия! И тут очень важно качество голоса. Говорят, первое, что очаровывает слушателя в мугаме, - это прекрасный голос, пение. С ним связаны многие ожидания: он вызывает нежность, призывает призадуматься, вдохновляет.

Выше отмечалось значение мугама как феномена мусульманской культуры, потому, думается, и философскую его основу следует искать в Коране. Так как любое творчество, по Корану, есть отражение духовного уровня автора того или иного произведения, то и в музыке только человек, переживающий совершенные чувства, может быть их выразителем, может передать их слушателю, зарядить его духом совершенства.

На прошедшем в рамках Международного фестиваля «Мир мугама» научном симпозиуме о мугаме шла речь и в контексте культуры хорового пения. Надо сказать, что, хотя ханенде - это профессиональные народные певцы-мугаматисты, обладающие сильным голосом, виртуозной вокальной техникой, композиторским мышлением, но и их привлекало коллективное исполнение. А мы стали свидетелями рождения хоровых мугамов, нового жанра в мировой музыкальной культуре. Впервые мугам в хоре прозвучал у прямого продолжателя дела Узеира Гаджибейли композитора Джахангира Джахангирова - в его опере «Азад» звучит хор «Чаргях». Потом был «Баяты Шираз» для хора Назима Аливердибекова. И, наконец, оратория Васифа Адигезалова «Карабах шикестеси». Положенный в ее основу ритмический мугам никогда раньше не использовался в вокально-симфоническом, хоровом воплощении. И в этом уникальность оратории.

Будучи неисчерпаемым источником для наших композиторов и поэтов, мугам является также вдохновителем мастеров изобразительного искусства. К теме мугама обращались лучшие среди них. Вспомним лишь картину Тогрула Нариманбекова «Мугам», принесшую художнику широкую славу.

Значение мугама гораздо весомее, чем все то, о чем мы сумели сказать. Ведь мугам - это часть нашей жизни, часть нас самих. И как очень точно и образно охарактеризовала его Мехрибан ханум Алиева, «мы оставляем мугам в наследие будущим поколениям, как частичку нашей души и нашего духа. Ведь именно мугам способен взрастить в наших потомках привязанность к корням, национальное достоинство, гордость, эмоциональное богатство, способность к страданию и состраданию и то нравственное совершенство, ту завершенность в деталях, которой обладает сам мугам».

Эльмира Алиева

Корр. АЗЕРТАДЖ

######