Неизвестные эпизоды из жизни Самеда Вургуна в рассказах сына
АЗЕРТАДЖ продолжает цикл публикаций, посвященных жизни и творческому наследию выдающегося представителя азербайджанской литературы, Народного поэта Самеда Вургуна
Баку, 10 сентября, АЗЕРТАДЖ
В книге «Самед Вургун в воспоминаниях», руководителем издательского проекта которой является Шамиль Садиг, а редактором и составителем — Аслан Салмансой, собраны воспоминания родных и близких поэта. Эти свидетельства позволяют увидеть Самеда Вургуна не только как великого мастера слова и общественного деятеля, но и как искреннего, решительного и чуткого человека, глубоко преданного своим чувствам и убеждениям.
В очередной публикации цикла АЗЕРТАДЖ представляет продолжение воспоминаний сына Народного поэта Азербайджана Юсифа Самедоглу. Он рассказывает о малоизвестных эпизодах из семейной жизни, раскрывающих живой характер Самеда Вургуна, его чувство юмора и доверительные отношения с сыном.
«Как-то летом мы, как обычно, отдыхали в Кисловодске. Я тогда только-только вступал во взрослую жизнь. Дома меня почти невозможно было застать — я целыми днями бродил по городу. Сколько бы отец ни ругал меня, по вечерам я все равно возвращался поздно.
Однажды я пришел домой далеко за полночь. Отец еще не спал. Но на этот раз он не сердился — его глаза улыбались. Я хотел отправиться спать. По правде говоря, я был очень уставшим. Однако отец взял меня остановил:
— Эй, Йоська, не уходи. Я написал новое стихотворение и хочу прочитать его тебе.
Он прочитал. Меня клонило ко сну, и поэтому я ничего не понял. Но все же произнес:
— Плохое стихотворение.
Хотя отец и удивился, он ничего не ответил. Я ушел спать.
Утром я проснулся довольно поздно. Умывшись, вышел и увидел, что все уже позавтракали. Я налил себе чаю. Отец, насвистывая, ходил по веранде. По его виду было ясно, что он хочет мне что-то сказать. Так и случилось. Когда я закончил завтракать, он обратился ко мне:
— Йоська, я всю ночь не спал — заново работал над стихотворением. Теперь оно получилось очень хорошим. Прочитаю еще раз, послушай.
Я устроился поудобнее:
— Читай.
Он прочитал стихотворение с присущей ему выразительностью и пристально посмотрел на меня. У него была такая привычка: написав новое стихотворение, он обязательно читал его нам и спрашивал наше мнение. И теперь ему хотелось узнать, что я думаю. Не колеблясь, я начал:
— Я и вчера сказал, и сейчас повторю: стихотворение плохое. К тому же оно неверно с политической точки зрения. Как это — «я не спешу»? Сейчас весь мир, вся страна торопятся, стремятся как можно скорее прийти к коммунизму, а ты тянешь нас назад и говоришь: «В этот час, в это мгновение я никуда не тороплюсь, не спешу». Это, по меньшей мере, политическая безграмотность. Это не содействие строительству коммунизма, а пропаганда противодействия ему.
Я увидел, как улыбающееся лицо отца стало серьезным, хотя улыбка все еще не сходила с его губ. Поглаживая поседевшие усы, он смотрел на меня. Я уловил в его взгляде насмешку и заговорил еще серьезнее:
— Это стихотворение не идет в ногу с нашим временем.
Вдруг отец вскочил и воскликнул:
— Мало мне тех, кто точит на меня зуб, так теперь еще один и в собственном доме объявился!
Продолжение следует...
Корреспондент – Гюнель Алыева
Другие новости раздела
