Решение Тарифного Совета об установлении новых цен (тарифов) на ряд коммунальных услуг явилось самой широко обсуждаемой темой последней недели. Складывается ощущение, что в эту дискуссию включились все слои общества: от политиков и политиканов до политологов и юристов, от обывателей до профессиональных экономистов. Как водится, появились люди, с важным видом рассуждающие обо всех негативных (поскольку, по их мнению, иных не имеется) последствиях этого решения.

Однако в гуле обсуждений, на мой взгляд, теряется нить главного вопроса - каковы причины, побудившие Тарифный Совет к решению о повышении цен, которое всегда непопулярно по определению, независимо от степени его обоснованности. Ведь именно ответ на этот вопрос и является ключевым, в отличие от рассуждений, от которых отдает популизмом и стремлением побыстрее публично отстраниться от такого решения.

В рамках этой статьи я постараюсь остановиться на некоторых основных причинах, показывающих назревшую необходимость этих реформ. Именно реформ во множественном числе, поскольку причины и логика принимаемого решения в каждом отдельном случае (электроэнергия, газ, вода и нефтепродукты) свои.

Итак, электроэнергия. В данном случае тарифная реформа преследовала следующие цели: 1) обеспечение эффективности деятельности экономических субъектов в данном секторе путем доведения тарифа до уровня самоокупаемости (включая государственные компании «Азерэнержи», «Бакыэлектрикшебеке», «Сумгаитэлектрикшебеке», а также небольшие частные электрогенерирующие компании в виде гидроэлектростанций); 2) Создание экономических условий для иностранных инвестиций в строительство новых мощностей и, таким образом, высвобождения государственных расходов для социальной политики в виде повышения зарплат учителям и врачам, строительства дорог, школ и больниц и других направлений; 3) обеспечение рационального потребления энергии и устранение искажений в системе учета и сборов в этой сфере.

Вы можете спросить: как достижение этих целей связано с повышением цен? Тут начинается самое интересное. Согласно расчетам Тарифного Совета, основанным на данных, предоставленных «Азерэнержи», выработка одного киловатт/часа электроэнергии в нашей энергосистеме обходится в среднем примерно в 5.1 гяпика. Установленная продажная оптовая цена до 8 января составляла 1.4 гяпика. Вопрос: «Как вы думаете, кто и каким образом компенсировал «Азерэнержи» разницу в 3.7 гяпика за каждый выработанный киловатт/час?» Ответ: «Государство из бюджета». Финансируя или, точнее, субсидируя, чтобы использовать правильный экономический термин, таким образом выработку электроэнергии, государство лишалось средств, которые сегодня так необходимы для повышения доходов бюджетников и малоимущего населения. Только бюджет 2007 г. предусматривает выделение 330 миллионов манатов на косвенное субсидирование энергетического сектора, суммы, которая может быть направлена на насущные потребности малоимущих слоев населения.

Еще два нюанса. Такое субсидирование создавало парадоксальную ситуацию, когда богатые домохозяйства, потребляющие значительно больше электроэнергии, чем бедные (естественно, за счет более высокого уровня жизни и, следовательно, большего использования бытовых приборов и освещения), фактически получали в дар от бюджета средства в виде дешевой энергии, хотя они вполне могут позволить себе заплатить за реальную, а не субсидированную стоимость электроэнергии. Вдобавок такое положение дел делало экономически невыгодными инвестиции со стороны частного сектора в энергетический сектор, так как инвестор не мог надеяться окупить свои вложения при установленных тарифах. Одновременно существующий производитель был лишен экономических стимулов для дальнейшего усовершенствования своей деятельности, будучи надежно защищен государственными субсидиями от конкуренции со стороны частных инвесторов.

Не следует также забывать, что в результате неэффективного управления распределительными сетями со стороны компаний «Бармек» и «Байва» в последние 5 лет практически не было вложено никаких средств в энергораспределительную систему, и таким образом, с точки зрения конечного потребителя утерян значительный эффект от модернизации генерирующих мощностей, на которую в последние годы были выделены значительные средства со стороны государства. Если проводить аналогию, то значение модернизации распределительной сети можно проиллюстрировать следующим образом: представьте себе вырабатываемую электроэнергию в виде струи воды, вливающейся в бочку. Недостатки распределительной сети - это дыры и щели в бочке. Таким образом, сколько в бочку ни вливай воды, эффект будет теряться. Примерно то же самое произошло с распределительной сетью в результате «добросовестной» работы этих компаний, но, как говорится, это тема отдельной беседы. Установленный тариф позволит, в свою очередь, и распределительным компаниям финансировать расходы, связанные с модернизацией системы и уменьшением потерь. В дополнение отсутствие счетчиков у значительной части бытовых потребителей, наличие значительной разницы в тарифах на разные категории абонентов создавали широкое поле для злоупотреблений со стороны отдельных «представителей» распределительных компаний. Решением этих проблем было установление единого тарифа в размере 6 гяпик для всех категорий потребителей.

Наконец, одним из результатов экономического роста в Азербайджане явился ежегодный рост потребления электроэнергии в стране. Для его удовлетворения государство, соответственно, должно было увеличивать и объем субсидирования. Получался замкнутый круг, который должен был быть разорван. Решение Тарифного Совета разрубило и этот гордиев узел, установив тот уровень тарифов, при котором выработка электроэнергии стала рентабельным занятием для частных инвесторов, особенно для ведущих иностранных компаний, обладающих современными технологиями и долгосрочными финансовыми средствами. Учитывая тот факт, что, несмотря на снижающийся в последнее время норматив потребления условного топлива для выработки электроэнергии, он все еще превышает мировой уровень в 1.5 раза (360-365 грамм условного топлива на 1 киловатт в Азербайджане против 230-250 грамм на 1 киловатт в мире в 2006 г.), несложно подсчитать возможные потери бюджета, компенсирующего и эту разницу. Расчеты показывают, что снижение потребления условного топлива по всей стране приведет к ежегодной экономии примерно в размере 1.8-2 миллиардов кубометров газа (200 миллионов манатов по внутренней цене или 400-450 миллионов долларов США по цене предлагаемого российского газа). Указанные потенциальные доходы доступны для обладающих современными технологиями и методами работы иностранных и местных компаний, которые примут решение инвестировать в этот сектор экономики. Появление конкуренции и новых мощностей, в свою очередь, позволит в перспективе не увеличить, а уменьшить оптовые и конечные цены для потребителей. Наконец, такие инвестиции позволят высвободить значительные средства, ныне ежегодно выделяемые из бюджета для других государственных расходов, включая расходы, направленные на повышение доходов населения.

Также хочется ответить на несколько красиво звучащих, но при ближайшем рассмотрении рассыпающихся аргументов, отдельные из которых в последние дни озвучены некоторыми уважаемыми людьми. Так, один из них утверждает, что решение Тарифного совета явилось чуть ли не нарушением Конституции. Забавно, конечно, только необходимо помнить, что Тарифный совет регулирует цены в 38 направлениях, в основном относящихся к естественным монополиям. Такое регулирование позволяет государству устанавливать тарифы, исходя из реальной себестоимости оказываемых услуг и товаров и с учетом разумной рентабельности. Представляется, что даже базовые знания в области экономики позволяют предположить, во что может вылиться бесконтрольное установление цен со стороны естественных монополистов. Установление цен со стороны регулятора на товары и услуги, находящиеся в ведении естественных монополий, является международно принятой практикой, и регуляторы отдельных сфер (связи, коммунальных услуг, транспорта и т.д.) есть в подавляющем большинстве европейских стран, а также в странах Азии и Америки и даже в постсоветских странах.

Другим часто звучащим обвинением является соотношение уровня цен и доходов населения. Обратимся от эмоций к цифрам - нынешние тарифы для населения на использование электроэнергии не менялись с 10 октября 1997 г. В указанном году размер средней заработной платы в Азербайджане составил 31 доллар США, минимальная заработная плата - 5500 старых манатов или 1.1 новый манат. В 2006 г. средняя заработная плата была равна 160 долларам США, а минимальный размер заработной платы - 40 новым манатам. Таким образом, за указанный период средний размер заработной платы повысился в 5 раз, а уровень минимальной заработной платы - и вовсе в 36 раз. Я далек от мысли сравнивать 2006 год с 1997-м, однако цифры, так же, как и факты, вещь упрямая. Если к этому добавить и то, что теперь, имея механизм адресных субсидий, правительство рассматривает и в самые краткие сроки представит на рассмотрение главы государства предложение о выплате адресной компенсации социально незащищенным слоям населения, то станет ясно, что картина всеобщего Апокалипсиса, которую тщательно рисуют отдельные издания, мягко говоря, совсем не соответствуют действительности.

Введение реального уровня цен также неминуемо приведет к рациональному использованию электроэнергии, являющейся результатом переработки невозобновляемых углеводородных ресурсов. Причем рациональное использование должно быть достигнуто как населением, так и деловыми кругами. Обратимся к цифрам. Согласно статистическим отчетам использование электроэнергии населением в 2005 г. по сравнению с 1990 г. увеличилось в ...11 раз. Так, в 1990 г. население использовало 1065 млн. кВт/час, а в 2005 г. - уже 12 253 кВт/час электроэнергии. Если отчасти причина такого невероятного показателя заключается в искажениях отчетности энергораспределительных компаний, упомянутых выше, то в неменьшей степени этому способствовало нерациональное использование электроэнергии. И действительно, сколько наших друзей и знакомых оставляют включенным свет в комнатах, в которых не находятся, и сколько горящих лампочек средь бела дня каждый из нас наблюдает ежедневно? Интересная закономерность: согласно имеющимся данным после принятия решения об изменении тарифов наблюдается снижение объемов ежедневного потребления электроэнергии в Баку и на Апшеронском полуострове. Другой пример. Потребление природного газа в 10-миллионной индустриально развитой Греции, находящейся в богатой Европе, составляет 3 миллиарда кубометров. Потребление в Азербайджане в 2006 г. составило 11 миллиардов кубометров. Нужны ли комментарии?

Почему-то насаждается мысль, что основу конкурентоспособности азербайджанских производителей должна составить субсидируемая стоимость энергии. Это же, в свою очередь, ведет к исчезновению стимулов у предприятий внедрять современные и энергосберегающие технологии. Основным же фактором и мерилом эффективности в мировой экономике является производительность труда. Для иллюстрации приведу пример соседней Турции, где стоимость энергии превышает цены в Азербайджане, а уровень оплаты труда как минимум не уступает нашим. Спрашивается, за счет каких ресурсов в таком случае себестоимость турецких товаров, с учетом транспорта и таможенных пошлин, все еще оказывается конкурентоспособной по цене с местной продукцией? Ответ прост - все дело в производительности труда, вытекающей из применения современных технологий. В условиях глобализации и возрастающей конкуренции между странами и производителями эффективность экономики приобретает все более важное значение.

Роль СМИ в разогревании ценового ажиотажа - предмет отдельного разговора. Не секрет, что СМИ обладают огромным влиянием на формирование общественного мнения. С сожалением приходится констатировать, что зачастую вместо трезвого анализа и расчетов в рассуждениях о якобы грядущем тотальном повышении цен эмоции превалируют над аргументами. Невозможно оправдать, но можно понять, когда о кратном повышении цены говорит владелец овощной лавки, слабо представляющий себе, какую долю в себестоимости продукции составляют цены на энергоносители. Однако невозможно ни понять, ни оправдать, когда эта информация распространяется «экономистами» и подхватывается некоторыми СМИ. Еще более непонятно, когда о значительном повышении цен на импортную продукцию, в том числе продукты питания, заявляют торговые объекты. Ведь для них повышение цены на электроэнергию составило всего 20 процентов (с 5 до 6 гяпик). А какую часть во всех расходах такого коммерческого объекта составляют коммунальные расходы? Давайте делать выводы: когда повышение цены экономически обосновано, а когда является попыткой использовать благоприятную конъюнктуру и извлечь дополнительные доходы. Вывод один - либо эти торговые объекты нарушали закон, вступая в сговор с распределительными компаниями, и платили за электроэнергию по цене, установленной для населения, либо же они на волне ажиотажа пытаются произвольно повысить цены без экономической обоснованности этого шага.

Мы далеки от мысли или предположения, что СМИ играют на общее повышение цен, но тот факт, что отдельные недобросовестные элементы на потребительском рынке мастерски используют создаваемый фон для удовлетворения своих интересов, налицо. Искусственность завышения цен проиллюстрирована в ходе нескольких мероприятий, проведенных в последние дни Министерством экономического развития в области защиты прав потребителей, в основном на рынке потребительских товаров. Их результаты показывают, что повышение цен в массе своей является произвольным. Иначе и не может быть, потому что, учитывая сроки закупа сырья, производственного процесса и доставки произведенной продукции до потребителя, становится очевидным, что себестоимость товара уже определена и дополнительная наценка сделана продавцом.