Появление нескольких однотипных статей резко критической направленности на страницах одного издания в течение короткого промежутка времени не может не наводить на подозрения в ангажированности авторов подобных публикаций и их заказчиков.

И несмотря на то, что темой таких публикаций, как правило, являются излюбленные западными медиа «права человека», расстановка акцентов, время появления подобных материалов и их стилистика свидетельствуют о куда более прагматичных целях.

Можно сказать, что чем ближе дата проведения в Баку финала «Евровидения 2012», тем чаще эта тема эксплуатируется некоторыми зарубежными изданиями. Тут важно отметить, что «Евровидение», являющееся далеким от политики конкурсом, умышленно подвергается беспрецедентной политизации, что вполне обоснованно наводит на подозрения о намеренных спекуляциях со стороны авторов таких статей.

Примером подобного поведения может служить немецкое издание Spiegel, которое с «постоянством» бракованной пластинки буквально шантажирует Баку, публикуя резкие антиазербайджанские материалы, явно спекулирующие на «евровидийной» теме. Впрочем, в этом оно не одиноко. Заунывную «шпигелевскую» песню подхватил и Общественный телеканал Германии - ARD.

И самое интересное заключается в том, что «активизация» Spiegel необычным образом совпала с некоторыми существенными изменениями в энергетической карте Восточной Европы и Южного Кавказа.

Скрупулезный наблюдатель мог заметить, что чем пессимистичнее становились шансы на реализацию «Набукко», тем жестче некоторые европейские медиа (и не только) пытались «давить» на Азербайджан. При этом складывалось ощущение, что кто-то хочет окончательно рассорить Азербайджан с Европой, в то время как политические лидеры Старого Света ожидают решения собственных проблем со стороны Азербайджана, да еще и за свой счет.

Насколько обосновано подобное отношение к данному вопросу? Об этом чуть подробнее далее.

«Сонное царство» Набукко

Для начала отметим, что изначально «Набукко» рассматривался как проект газопровода, призванного открыть Европе доступ к богатым газовым ресурсам Центральной Азии (вопрос использования иранского газа был быстро снят с повестки из-за разногласий по ядерной программе этой страны). В качестве дополнительных источников назывались источники в Ираке, однако наиболее реальным считался газ со Второй фазы месторождения «Шахдениз».

Поскольку проектная мощность «Набукко» планировалась в объеме около 30 млрд. кубометров «голубого топлива» в год, силами лишь «Шахдениза» достичь этого было бы попросту нереально. Азербайджан неоднократно подчеркивал, что экспортный потенциал этого месторождения на начальном этапе колеблется в пределах 16 млрд. куб.м в год. При этом азербайджанская сторона заявляла о готовности рассмотреть все предложения европейских партнеров относительно маршрутов, по которым этот газ будет экспортироваться в Старый Свет. Как неоднократно подчеркивалось, при изучении вопроса во главу угла будет ставиться исключительно коммерческая составляющая - ни на какие уступки в ущерб национальным интересам азербайджанская сторона идти не собирается.

С 2002 года по сей день консорциум по строительству «Набукко» так и не представил внятного плана, который бы отвечал на вопрос о том, какие источники будут заполнять трубопровод необходимыми 30-ю млрд. куб. м газа и кто будет финансировать строительство проекта, первоначальная стоимость которого составляет около 8 млрд. евро, а если верить оценке компании BP, опубликованной газетой Guardian, может подняться и до 14 млрд. евро.

Говоря о вопросе источников газа и финансировании проекта, необходимо отметить, что их решение попросту невозможно без соответствующей политической воли единой Европы.

Для реализации проекта поставок газа из Центральной Азии через Каспий и Азербайджан было необходимо больше чем просто желание поставщиков, но и четкие политические гарантии безопасности, поскольку налицо наличие определенных противоречий с соседями по Каспийскому морю. Однако Европа так и не смогла продвинуться дальше нескольких общих фраз на уровне чиновников Евросоюза и продемонстрировать четкую позицию, наподобие той, какую в схожей ситуации в середине 90-х гг. прошлого века продемонстрировали США в ходе реализации проекта нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан.

Неспособность найти источники газа (помимо 10 млрд, которые был готов дать «Шахдениз») сочеталась с неспособностью найти финансы для строительства «Набукко». Консорциум никак не мог решить вопрос 8-ми млрд. евро, не говоря уже о возможном увеличении бюджета расходов. Европейские банки, которые, как ожидалось, должны были профинансировать порядка половины необходимой суммы, не спешили этого делать в условиях отсутствия гарантированной ресурсной базы. Со второй половиной также возникли определенные проблемы.

В итоге, один из крупнейших участников консорциума - немецкая RWE заявила о том, что компания скорее всего выйдет из проекта по причине его дороговизны. Об этом в интервью The Wall Street Journal Deutschland заявил гендиректор компании Юрген Гроссман.

Основным приоритетом RWE теперь является получение доступа к газу, потратив на это как можно меньше денег, пояснил он. Сильно экономить и даже продать часть активов компанию вынудил курс властей Германии на отказ от ядерной энергетики, подкосивший финансы RWE, для которой атомная энергетика наряду с газом является важным источником дохода.

WSJ отмечал, что заявление Гроссмана стало первым реальным сигналом со стороны одного из основателей «Набукко» по поводу возможного отказа от проекта, призванного снизить зависимость Европы от российского газа за счет поставок топлива с Каспия. «Важно, чтобы каспийский газ пришел в Европу в том количестве и туда, как нам надо», — сказал Гроссман, отметив, что RWE будет счастлива получить топливо и по другим каналам. «Будет этот газопровод называться «Набукко» или «Турандот», для нас не так уж важно», — добавил он. «Напротив, мы будем рады всем вариантам, которые не потребуют от нас серьезных финансовых вливаний», — заключил топ-менеджер.

Кстати, приблизительно с аналогичным заявлением ранее выступил и спецпредставитель Госдепартамента США по энергетическим вопросам в Евразии Ричард Морнингстар, подчеркнувший, что Штаты поддержат любой из проектов Южного газового коридора, способный обеспечить доставку газа из Каспийского бассейна в Европу.

Итак, Европа, не проявив четкой политической воли, так необходимой для строительства «Набукко», не смогла дать этому проекту необходимый толчок. Однако, при всем этом, европейские официальные лица продолжали настаивать на том, чтобы Азербайджан продемонстрировал поддержку реализации этого проекта. Но какой ценой?

Учитывая, что добыча газа со Второй стадии «Шахдениз» намечается на 2016-2017 гг., постоянные задержки строительства «Набукко» (которое планировалось начать еще в 2011 г., однако перспективы которого по сей день остаются весьма туманными) могли бы создать ситуацию, при которой азербайджанский газ, готовый к экспорту, попросту остался бы без рынка сбыта и соответствующей инфраструктуры по доставке клиентам.

Просчитывая всевозможные рынки, Азербайджан изначально заявлял о готовности рассматривать альтернативные проекты, среди которых были TAP (Транс-Адриатический газопровод), ITGI (Интерконнектор Турция-Греция-Италия), AGRI (Azerbaijan-Georgia-Romania Interconnector), а позже и Юго-Восточный европейский газопровод (SEEP), предложенный BP.

«...Магомет идет к горе»

Государственная Нефтяная Компания Азербайджана неоднократно подчеркивала, что европейский газовый рынок является для страны приоритетным - здесь присутствует растущий спрос и имеются четкие правила игры. В этих условиях, для обеспечения доставки азербайджанского газа до границ Евросоюза, 26 декабря 2011 г. Азербайджан и Турция принимают решение о создании консорциума по строительству через территорию Турции Транс-Анатолийского трубопровода (TANAP) стоимостью в 7 млрд. евро и пропускной мощностью в 16 млрд. кубометров газа в год. TANAP будет строиться в рамках Второй фазы проекта «Шахдениз» и на 80% будет принадлежать Госнефтекомпании Азербайджана. Остальные 20% будут принадлежать турецкой BOTAS. Впоследствии мощность трубы может быть увеличена до 24 мдрд. кубометров газа в год.

Неудивительно, что новость о строительстве TANAP в Европе восприняли как крест на перспективах «Набукко» (ведь, судя по анонсу, газа для него попросту не останется). Вне сомнений, в Европе, и в частности в Германии, где проект «Набукко» достаточно активно лоббировали некоторые представители политического эстеблишмента, подобный поворот не мог не вызвать раздражения - Азербайджан сделал все исходя исключительно из своих стратегических интересов.

По информации достоверных источников, в последнее время западные чиновники, видимо «опечаленные» таким поворотом дела, на встречах с официальными представителями Азербайджана все настойчивее добивались поддержки Азербайджана в вопросе реализации увядающего проекта «Набукко».

При том, что Азербайджан прежде никогда не выступал с резких критических позиций в отношении этого проекта, периодически лишь призывая европейских партнеров к действиям.

Однако, Баку непреклонен перед сантиментами - во главе угла исключительно экономическая целесообразность, проистекающая из национальных интересов.

Этим и объясняется негатив, обрушившийся на нашу страну со страниц СМИ Германии, сразу после принятия решения по проекту Транс-Анатолийского трубопровода.

Тем не менее, не все разделяли подобное раздражение. Проекты TAP и ITGI, подразумевающие связь с европейским газовым рынком от границ Турции с ЕС, приветствовали соглашение по строительству Транс-Анатолийского газопровода. Учитывая пропускную мощность данных проектов - от 10 до 20 млрд. кубометров у TAP и 10 млрд. кубометров у ITGI, можно предположить, что строительство TANAP для них скорее конкурентное преимущество в борьбе с «Набукко» за азербайджанский газ, нежели проблема, ведь один из них вполне мог бы стать продолжением TANAP в Европе.

Однако, как отмечалось выше, следование национальным интересам со стороны Азербайджана вызвало негативную реакцию некоторых кругов в Германии. С удивительной частотой в немецкой прессе, и в частности в издании Spiegel, замелькали критические статьи в адрес Азербайджана.

Подобный подход еще раз подтвердил предположения о том, что метод политического давления для достижения собственных экономических целей занимает особое место в арсенале европейских политиков. Спекуляции на тему прав человека, демократии и прочих ценностей, а порой и открытое вмешательство во внутренние дела «неугодных» стран - и сегодня достаточно востребованный Западом метод давления. Даже на своих партнеров. Что говорить, «макиавеллизм» во внешней политике Германии правит балом не одно столетие, а урок о том, что «цель оправдывает средства», немецкие газовые лоббисты всех мастей готовы преподать любому во имя достижения собственных геоэкономических целей.

Однако с Азербайджаном подобные номера не проходят. Искусственные попытки экспортировать сюда настроения с «арабской улицы» (где, между прочим, сугубо экономические интересы порой достигались не без помощи бомбежек), инициированные определенными силами на Западе, потерпели фиаско еще в прошлом году, а политическое давление спекулятивного характера каждый раз получало адекватный ответ. Наглядной иллюстрацией тому может служить недвусмысленный ответ Президента Ильхама Алиева на вопрос одного из участников Мюнхенской конференции по безопасности, в котором проводились надуманные параллели между Египтом и Азербайджаном: «Повторения египетского сценария в Азербайджане не будет независимо от чьих-либо интересов».

Политические спекуляции с «геоэкономическим оттенком»

В данном контексте было бы весьма уместно упомянуть о случае с известным правозащитником Кристофером Штрассером - соратником бывшего канцлера Германии по Социал-демократической партии, а ныне активного лоббиста известных газовых проектов - Герхарда Шредера.

Еще в марте 2009 года Комитет по правовым вопросам и правам человека Парламентской ассамблеи Совета Европы назначил Кристофа Штрассера докладчиком по вопросу «политических заключенных» в Азербайджане.

В ответ Азербайджан высказал свою позицию, которая заключалась в том, что перед подготовкой доклада по стране необходимо разработать четкие критерии для определения термина «политические заключенные», которые были бы применимы ко всем странам-членам Совета Европы, а не только к одному отдельно взятому государству. По мнению азербайджанской стороны, любой другой подход недопустим, поскольку будет означать наличие двойных стандартов в деятельности Совета Европы. Эта позиция остается неизменной и по сей день.

В октябре 2011 года Комитет ПАСЕ принял решение об изменении названия доклада Штрассера с «Рассмотрения вопроса предполагаемых политических заключенных в Азербайджане» на «Рассмотрение вопроса политических заключенных».

Однако, несмотря на изменение названия мандата докладчика, а также на принятие ПАСЕ резолюций, в которых содержатся предположения о том, что в других странах имели место нарушения права ряда лиц на справедливое судебное разбирательство, и что эти нарушения были связаны с политической деятельностью осужденных, докладчик Штрассер с неистовой твердолобостью продолжал заявлять, что он будет готовить доклад только в отношении Азербайджана.

26 января 2012 года Комитет ПАСЕ по правовым вопросам и правам человека провел в Страсбурге слушания по вопросу предполагаемых «политических заключенных». В слушаниях приняли участие три правозащитника из Азербайджана - Эльдар Зейналов, Эйнулла Фатуллаев и Мурад Сададдинов. Цель слушаний заключалась в следующем: в случае отказа азербайджанской стороны пригласить докладчика посетить страну для подготовки доклада, Штрассер, со ссылкой на позицию правозащитников, сможет обосновать необходимость подготовки доклада без посещения Азербайджана.

Однако правозащитники в ходе слушаний заявили о необходимости разработки универсальных критериев для определения «политических заключенных», которые могли бы быть применимы к любой стране Совета Европы и высказали мнение о том, что позиция докладчика небеспристрастна. В результате слушаний члены Комитета также пришли к заключению, что Штрассер не в состоянии эффективно выполнять свой мандат, и что данная ситуация может нанести ущерб репутации ПАСЕ в целом. В ходе слушаний было высказано предложение о том, что Штрассер должен уйти с поста докладчика по «политическим заключенным». Также были озвучены предложения о разделении возможного доклада на две части. Первая часть доклада должна охватить вопрос подготовки универсальных критериев для определения «политических заключенных». Вторая же часть доклада может касаться ситуации с «политическими заключенными» во всех странах-членах Совета Европы. При этом отмечалось, что вторая часть доклада может быть подготовлена только после того, как будут разработаны универсальные критерии. Так, январское слушание в Комитете ПАСЕ наглядно продемонстрировало неконструктивность и предвзятость позиции немецкого депутата Кристофа Штрассера по отношению к Азербайджану, отказываещемуся «плясать» под чужую дудочку в угоду реализации геополитических интересов третьих стран.

В этом контексте весьма странно выглядит и немецкий вояж бывшего спикера азербайджанского парламента Расула Гулиева, ныне находящегося в уголовном розыске по линии Интерпола. Гулиев провел в Берлине встречу с весьма ангажированным, проармянским «зеленым» парламентарием немецкого Бундестага - Виолой фон Крамон, посещавшей Армению и выражавшей свое восхищение этой страной по самым различным поводам. При этом фон Крамон не скупится на критику Азербайджана, который по каким-то причинам, в отличие от соседней Армении, вызывает у парламентария сильный зуд и раздражение. По информации достоверных источников, в настоящее время фон Крамон активно занимается организацией встреч Гулиева с различными членами Бундестага, негативно настроенными по отношению к Азербайджану.

Тут уместно вспомнить о т.н. «лоббистах». Бытует мнение, что серьезное влияние на политику Германии оказывают левые партии, а именно уже упоминавшиеся социал-демократы (СДПГ) и «Зеленые», фактически контролирующие рынок прессы. Именно за них голосует порядка 80% немецких журналистов (включая редакторов формально «правых» изданий). В целом аналогичная ситуация и на телевидении - крупнейшие телеканалы ZDF и ARD, равно как и принадлежащие им десятки мелких телеканалов, что называется, поделены между этими двумя партиями.

Что ж, налицо явная активизация определенных антиазербайджанских сил в политическом пространстве Германии. Кто-то стремится решить проблему «возрождения» полумертвого проекта за чужой счет, а кто-то, напротив, стремится «демонизировать» образ Азербайджана по причине следования им исключительно национальным интересам. У различных сил, как можно видеть, различные повестки.

Однако, может ли подобная политика реально служить продвижению экономических интересов Европы по миру или нет, - вопрос несложный.

В тех частях света, где политику определяют прагматичные лидеры, исходящие исключительно из национальных интересов, подобного рода маневры делу не помогут. И если конкретизировать вопрос до обеспечения диверсификации поставок энергоресурсов в Европу из Каспийского бассейна, можно с уверенностью заявить, что на принятие Азербайджаном окончательного решения подобные «финты» влияния не окажут.

Точка будет поставлена исключительно согласно национальным интересам страны, без принятия во внимание спекуляций, даже если они касаются такой важной для Азербайджана темы, как «Евровидение».

Рахман Гаджиев

Главный редактор

Газета «Бакинский рабочий»